Авернское озеро

Я думала, вы договорились на вечер.

– Он передал мне утром цветы и пропал.

– Какие именно цветы?

– Розы. Вас интересует стоимость букета?

– Нет, нет. Ну что вы! Я лишь хотела узнать, не изменились ли его вкусы. Он всем всегда дарит розы.

«Она рассчитывала задеть мое самолюбие или полагает, что при данных обстоятельствах я не должна выделяться из общей массы?» Соня недовольно переложила трубку и продолжила:

– Что же делать? А если у него нет никаких планов на мой счет?

Немного помолчав, Зимина вздохнула:

– Боюсь, что наоборот.

Я видела у него на столе фотографию матери.

– И о чем это говорит?

– Вы очень на нее похожи.

– Ах, вот как?! Почему же вы меня не предупредили?

– Разве это имеет значение?

– Все имеет значение. Любая мелочь.

– Об этом я не подумала, – холодно ответила Нина Викторовна.

– Меня ждут еще какие-нибудь неожиданности?

– Н-не знаю. Денис – мальчик труднопредсказуемый.

– Ну хорошо, а что мне сейчас делать? Он не давал мне своего номера, я не могу позвонить ему первой.

– Я понимаю. Наверное, придется ждать. Знаете, он сильно не в духе. С ним это случается крайне редко. Вы не обидели его вчера?

– Нет, я вела себя очень ровно.

– Может, это его и ранило? Он ведь избалованный мальчик. Вы не должны выбивать его из колеи, вдруг болезнь начнет прогрессировать?

– Прикажете повиснуть у него на шее?

– Смотрите не перегните палку, – угрожающе предупредила Зимина. – Вдруг ваше сходство с его матерью и без того потрясло мальчика?

– Почему вы все время зовете его мальчиком? Он производит впечатление…

Зимина прервала ее:

– Я знаю, какое он производит впечатление.

Но в душе он совсем еще ребенок. Я бы не доверила его вам, если б вы не пользовались репутацией хорошего специалиста.

– Спасибо, но мне уже известно, какой репутацией я пользуюсь.

– Ох, он вышел. Прощайте, – отрывисто произнесла Нина Викторовна и бросила трубку.

Соня с удивлением прислушалась к неожиданному, взахлеб, сердцебиению.

Весь день ее тревожили подозрения в начинающейся тахикардии, потому что сердце то и дело сбивалось и отстукивало какие-то туземные ритмы, словно кричало о чем-то, а Соня не знала этой звуковой азбуки.

«Он вышел, – думала она, пытаясь сосредоточиться на дыхательной гимнастике. – Он идет ко мне. Он не должен обмануться в своих ожиданиях. А я не должна выделяться из общей массы. Но тогда все должно быть как всегда и со всеми. Все.