Авернское озеро

– Соня, – окликнул он, по-прежнему улыбаясь, – о ком ты говорила? Кто этот несчастный? Ты ведь не какого-то старика из деревни имела в виду… А кого? Кто это поет по ночам на крыше? Ты что-то скрываешь от меня? Это что, ловушка такая?

– Денис, бога ради, иди сюда, – умоляюще проговорил Андрей. Казалось, язык у него распух и ворочается с трудом. – Что ты издеваешься надо мной? Что она может от тебя скрывать, вы ведь только вчера познакомились! И ты же сам к ней подошел…

– Я не мог к ней не подойти, – пробормотал Денис и нехотя признал: – Но, в общем, это выглядит не слишком правдоподобно.

Соня строго прикрикнула:

– Ты ведешь себя как избалованный ребенок. Вернись немедленно!

Иногда необходимо ударить по больному, решила она. Его так пугает собственная незрелость, и все же он не спешит с ней расстаться. Как дошкольник, которого изводит качающийся зуб и который готов жизнь положить, чтобы только не подпустить близко маму с шелковой ниткой.

Встав на бортик кабины, Андрей подался вперед, напряженно вытянув руку.

Но Денис без труда справился сам. Спрыгнув на сиденье, отчего кабинка испуганно взметнулась, он беззаботно усмехнулся:

– Внизу приготовились к линчеванию.

Возле выхода с аттракциона уже толпились разъяренные билетерши. Их яростные возгласы до них, однако, не долетали, словно им мешал невидимый, защищающий Дениса купол, который спускался вместе с кабинкой. Денис подтолкнул Андрея в бок:

– Наконец-то тебе придется поработать!

– Я бы убил тебя собственными руками, больной сукин сын!

– Не повторяй дурацких киношных выражений! – строго сказал Денис.

 – И никогда ты меня не убьешь. Где ты еще найдешь такую работу? Со мной ведь никаких хлопот! Я даже в ночные клубы не хожу.

– Помолчи, а? – взмолился Андрей, усаживая его на сиденье. – Ты меня с ума сведешь!

Денис внезапно помрачнел и замкнулся. На Соню он не глядел. И, только сойдя на землю, с горечью сказал:

– Что знаете вы оба о том, как сходят с ума?!

Глава 8

Мать позвала ее к телефону, когда Соня, забравшись с ногами на диван, листала руководство по психиатрии.

Она не надеялась найти на потрепанных страницах ничего ей не известного, просто пыталась отвлечься. Все случившееся днем до сих пор стояло перед глазами и мешало разглядеть в Зимине больного.

Провожая Соню домой, он за половину пути не произнес ни слова и выглядел осунувшимся и измученным. На углу соседней улицы вдруг остановился у газетного лотка и, казалось, начисто забыл, что его ждут.