Приснись

Мне и на своем достаточно скромном месте едва удается изо дня в день удерживаться, чтобы не блевануть от отвращения ко всему, что связано с этой работой.

– Придумать бы что-нибудь необычное. – Ольга мечтательно вздохнула, рассмешив меня.

Я живо откликнулся:

– Подарить папе гильотину для сотрудников?

– Да ну тебя! – Она рассмеялась беззлобно.

– А что еще может его удивить?

– Вот и я думаю… Ты подумаешь тоже?

– Ладно. – Не мог же я отказаться. – Может, придет гениальная идея.

Кажется, она искренне обрадовалась:

– Спасибо, Максимушка! Тебе точно придет.

– Помнишь, что он боится высоты? Не дари ему ни самолет, ни парашют.

– Я и не думала!

Но голос ее звучит не очень уверенно, будто она уже заказала планер, а теперь на ходу попыталась сообразить, каким образом от него избавиться.

– Яхта у вас есть. Загородный дом тоже. Сложная задача!

С Олей я не допускаю пошлостей, поэтому не предлагаю ей подарить бате новую жену или резиновую куклу.

Да меня и самого от таких шуточек корежит, хотя у моих приятелей они в порядке вещей.

Приятелей? У меня есть приятели? Это ведь те люди, которых приятно видеть…

Мой приятель – Женя?

* * *

В полутьме кабинета его голос звучит «замогильно», как говорили мы в детстве:

– Евгения Леонидовна, вы уже закончили занятия?

Директор нашей школы сердито сопит, глядя на меня, посмевшую вторгнуться в святая святых.

Понимаю его: каждое мое появление влечет за собой дополнительные усилия, ведь приходится решать чьи-то проблемы, которые я притаскиваю кипами и умоляю его решить. Просто поболтать я к нему не заглядываю, на это у меня есть коллеги, дежурные, уборщицы… Я не из тех, кто стремится завоевать расположение сильных мира сего, мне не хочется чувствовать себя обязанной кому-то, а дружба с людьми, занимающими разного уровня кресла, неизбежно оборачивается именно этим. Или я наговариваю? Что мне о них известно, в конце концов? Так же, как о красивых мужчинах, на которых я смотрю с расстояния ста метров…

Наверное, втайне директор мечтает уволить меня, мешающую ему пребывать в состоянии сладкой неспешности, но с учителями по классу гитары в нашем городке не густо, ему просто некем меня заменить. Так что он сжимает покрепче свои выступающие, как у крысы, зубы, и стоически терпит мое существование.