Простить нельзя помиловать (сборник)

Маша нервно улыбнулась, и он подумал, что иначе как шутку она и не могла воспринять его слова. Отодвинув засов на двери, он лениво бросил:

– Ну, пока. Да! С наступающим тебя…

«Наверняка она даже не заметила мою рубашку… Ребячество. Сплошное ребячество». Аркадий проводил взглядом джип, спрашивая себя, что же осталось в этой роскошной женщине от той чуткой и бескорыстной умницы, с которой он жил? Знакомые шептались о том, что Маше несказанно повезло с этим Матвеем. В ее-то возрасте да с таким приданым… Даже если он не женится на ней и спустя год бросит, через суд запросто можно будет оттяпать столько, что хватит на безбедную старость.

Совместное проживание.

«Она получила то, что внезапно стало и русской мечтой тоже… Как это случилось с нами? Слезинка ребенка больше не имеет значения?» Аркадий попытался закурить, но в руках еще сохранялась та сила напряжения, от которой трясло.

Швырнув пачку на пол, он раздавил ее ногой. Представилось бурое сыпучее месиво, образовавшееся внутри ее.

Сейчас он и сам был похож на эту растерзанную пачку: тряхни посильнее, и все из него высыпется, осквернит дом…

Аркадий засмеялся: идиотское сравнение! И тут же еще раз посмотрел в окно – двор как двор. Здесь уместно смотрятся «Жигули» и «Москвичи». Она не должна была приезжать сюда. Не должна была приезжать вообще.

У него протяжно заныло сердце. Сейчас она уже в школе, с его сыновьями. Ее право называть их своими – формально она отказалась от него. Конечно, никто не может запретить ей этого, но… Аркадий бросился в свою комнату, рывком вытащил свитер и натянул поверх рубашки.

Сменил джинсы, хотя очень торопился. Но появляться в школе в таком виде… Перед ней… Перед ним…

Не дожидаясь лифта, Аркадий сбежал по лестнице, и давно забытые прыжки через ступеньки всколыхнули в нем энергию его юности. Вот что притянуло ее в этом Матвее – кипучая радость от того, что просто живешь и впереди еще так много прекрасного. Когда же он сам перестал верить, будто впереди еще что-то есть? Наверное, в тот момент Маша и поняла: у них нет будущего.

Будущее и будни – созвучны лишь на словах, на деле же значение совершенно разное. Аркадий мог предложить ей только будни. Ему они нравились. Он считал себя счастливым человеком и был уверен, что Маша живет с тем же ощущением…

«Все опять уперлось в мешок с деньгами, – Аркадий быстро шагал к школе, перепрыгивая через невысокие гряды счищенного с дороги снега.