Защитник

– Я запомню, – на всякий случай заверил он, хотя сильно сомневался в этом.

Мама вздохнула:

– Ладно… Возись со своими цифрами, если тебе не скучно. Но футбол ты ведь ради них не бросишь?

* * *

Каждый раз, когда сын выходил за порог со своим потасканным рюкзачком, в который удавалось впихнуть только чистое нижнее белье да носки, у нее ныло сердце.

– Постой!

А сын уже шел к станции, чтобы вернуться в Москву, с которой было связано все – игра и жизнь. Может, и девушка появилась, о которой родителям еще рано было знать?

Она даже не пыталась уговорить сына остаться подольше, хоть на час.

Воскресным утром он уже начинал собираться, хотя мог бы провести с родителями весь день. Скучно было с ними?

Разум твердил, что это естественный процесс взросления их мальчика, пытающегося построить свою жизнь, а не заимствовать родительскую. Но все равно ей было грустно и неспокойно.

О жизни в Подмосковье сын и слышать не хотел. Говорил, что мотаться по электричкам еще то испытание… И бессмысленная трата времени.

Светлана повторяла про себя: «Жить с нами – бессмысленно?»

Они всю жизнь старались для сына. Пытались спасти его от…

«От чего спасти? От его собственной судьбы? От права совершать ошибки и учиться на них? Чем так хороша наша с Антоном жизнь, что мы совали ее Сашке как чертов эталон?!» – Светлане хотелось заплакать, но сын мог оглянуться. На пороге дома простились легко и весело, пусть думает, что матери ничего не стоит каждую неделю провожать его в Москву…

«Да пусть бы хоть раз в неделю являлся… Лишь бы видеть его.

Разве трагедия то, что Сашка повзрослел? Закон жизни. Не собираюсь же я оспаривать его право на самостоятельность?»

Ей казалось, муж легче смирился с тем, что Сашка не живет дома.

Впрочем, сейчас-то обоим легче было дышать, а вот когда отправляли мальчика из Кемерова в Москву, одного, «как большого» – вот была пытка! Они с Антоном так вцепились друг в друга, что пальцы потом болели, а она даже не сразу сообразила – от чего…

Молча сели в машину, Антон машинально включил радио и попал на какую-то ретроволну.

И тогда она зарыдала в голос. Вернется ли сын? Какой смысл оканчивать московский вуз, чтобы вновь оказаться в Сибири? Они любили свой город, но, положа руку на сердце, кто предпочтет таежный край столице?

– Он не вернется! – Она кричала так, что Антон остановил машину – руки затряслись.

Утешить жену было нечем. Он еще не подозревал, что совсем скоро его мать оставит им дом в Подмосковье.