Поезд на Ленинград

Уполномоченный поднял наган, видя, что присутствие начальника всех сделало разом смирными, прошелся по проходу, повелев кондуктору, как служащему железнодорожного ведомства, шарить по карманам в поисках оружия. Забирая удостоверения, монотонным, равнодушным голосом Саушкин задавал один и тот же вопрос:

– Причина поездки?

Почти у всех она оказалась на удивление одинаковой – празднование Нового года в Ленинграде с родственниками. 1 января – выходной. И только Стрельцова отличилась.

У нее имелся бесплатный разовый билет, выписанный ей по заданию газеты, она должна вернуться с репортажем о том, как прошла встреча Нового года в бывшей столице – о чем с неохотой и чуть шепелявя, из-за того что продолжала держать ладонью щеку, сообщила девушка, глядя не на Саушкина, а на кондуктора, очевидно, считая, что смотреть на своего обидчика – ниже ее достоинства.

– Не пройдет и года, этот нелепый праздник станет рабочей будней, – поучительно заметил ей Саушкин, в голосе сквознуло торжество, мол, знай свое место.

– Так не говорят! – огрызнулась девушка, вскочив и попытавшись отобрать у него паспорт и билет. Но уполномоченный вовремя отвел руку.

– Ну-ка, ну-ка, тишь.

– Так не говорят, дурень, – стала набрасываться она на ухмыляющегося уполномоченного, как маленькая левретка на овчарку, и все тянулась за документами. Косынка с ее головы слетела, обнажились короткие, как у юноши, пшеничного цвета пряди волос.

 – У слова «будни» нет единственного числа. Сколько классов ты кончил? Четыре? Мильтон паршивый! Собака безграмотная! Все вы там на один аршин. И начальства я вашего не боюсь!

– Сударыня, пожалуйста. – Шахматист нервно вскочил и потянул руку, загораживая девицу собой. И уже так вылез на территорию ее скамейки, что еще чуть-чуть, и свалился бы к ней, упав вверх тормашками.

– Никакая я тебе не сударыня, – толкнула его корреспондентка, возвращая на свою сторону.

 – Чего лезешь, интеллигенция недобитая. Я сама за себя постоять могу!

Саушкин, ухмыляясь, спрятал ее паспорт и пошел по ряду дальше, продолжая собирать документы. Феликс с удивлением заметил, что сидящий напротив него и невозмутимо наблюдающий сцену схватки сотрудницы газеты с сотрудником угрозыска профессор своих бумаг тому не отдал. Значит, он и вправду на стороне допросчиков.

– Позвольте! – Белов поднялся.