Башмаки у двери спальни

 – Этот Сер-гей уснул и свалился с камня! Я рассердилась и не стала ничего убирать, просто вернулась в палатку и уснула! А утром стала будить Лесю…

Екатерина Александровна встала, подошла к бывшей лучшей подруге и залепила ей пощечину. Несильную, но выразительную. Потом подняла на мужа заплаканные глаза:

– Андрей, выясни, что это был за обряд и где искать Лесю. Я попытаюсь узнать среди своих… знакомых.

Тот скрипнул зубами:

– Хорошо, Катя, не волнуйся, иди, отдохни. Я все узнаю.

Более чувствительный, чем старший брат, Данька повел мать в спальню, а старший решительно поставил табурет поперек двери в кухню: за сестру он был готов побороться!

Глава 13

Леся

Четыре жениха, значит? С какого это перепуга? Или… именно об этом говорил Балсан? Все четверо собираются спать со мной? Сердце громко заколотилось в горле.

Я хотела громко и выразительно возмутиться, но мне не дали. Девушки навалились на меня гурьбой, облачая в свадебный наряд.

То ли они боялись, что я буду кричать, то ли опыт одевания невест большой… В общем, приставили ко мне ту самую Лунь, дабы она затыкала мне рот очередной сладостью при попытке открыть рот.

К пятой липкой гадости во рту я пришла в себя и замолчала, решив даже не смотреть на то, что мне предстояло надеть.

Перед глазами вставали мама и папа, братья, крестная, друзья… Как я очутилась здесь? Что мне теперь делать? Смогу ли я выжить и вернуться?

Глаза увлажнились, и мои тюремщицы тотчас закудахтали, боясь за «боевой раскрас».

После обсуждения проблемы одна из девушек сбегала вниз и вернулась с керамическим чайничком. Его содержимое залили в меня прямо через носик, и я тут же впала в блаженный ступор: все слышала, понимала, но реагировала вяло и только на прямые приказы.

– Подними руки Геле! Повернись! Девочки, держите платье!

На фоне ступора все мои наряды прошли перед глазами как манекены на витринах – не вызвав интереса или хотя бы любопытства.

Ну шелк, ну много, яркое шитье и куча завязок, витые петли и каменные пуговицы, ну и что? Зато добровольные помощницы аж пищали от восторга, натягивая на меня очередную вещичку.

Как молодой жене мне полагалось три халата. Первый, совсем простой, был сшит из ткани типа хлопка неопределенно-бежевого цвета. Свободный крой, короткие рукава, по краю подола шла вышитая алыми и зелеными нитками полоса шириной сантиметров двадцать. Это одеяние достигало пяток и подпоясывалось простым витым шнурком.