Фея страшных снов

– Подпункты шестнадцать и восемнадцать, – чуть поскучневшим тоном продолжил лорд, – дают Вам право на отсрочку службы в связи с замужеством или беременностью, Вы ведь не замужем?

– Нет, милорд, – так же ровно ответила девушка.

– Наказание за нарушение этих пунктов предусмотрено статьей двадцать шестой Магического Кодекса, – тон лорда стал особенно неприятным и протяжным, – оно включает в себя штраф до трех тысяч золотых, изымание имущества в пользу Короны, а также заключение в магическую тюрьму сроком на шесть месяцев! – последнее Кавендиш произнес, глядя Лине в глаза и тут же разочарованно прищурился, не найдя в них страха или особенного волнения.

Погладив здоровенную тварь, которая толкала ее лбом в колено, Александрина четко ответила:

– Все перечисленные Вами кары, милорд, падают на голову мага, не объявившего о своей силе, избегающего налогов, либо отказавшегося служить Короне. Я же получила лицензию, что, согласно пунктам трудового кодекса, является объявлением о сфере деятельности, и поступила на службу в учреждение, напрямую финансируемое Короной, чтобы вести в нем полезную для жителей империи деятельность.

Молодой инспектор скрежетнул зубами и явно собрался воздействовать на упрямицу какими-то совсем уж убойными аргументами, но старичок, сидящий рядом с ним, чуть коснулся рукава его мундира и поднял на Александрину выцветшие голубые глаза:

– Похвально, когда столь юная дама знает законы и умеет удерживать свою силу.

Лина напряглась, а старичок продолжал успокаивающе журчать, затягивая сознание сладкой патокой:

– Возможно, разовые посещения некоторых людей, страдающих от недостатка сна. Или подтверждение, что человек действительно испуган, а не отравлен. То, что не затруднит Вас, но принесет пользу королевству.

Девушка облизнула разом высохшие губы, погладила колючки жмущегося к ней монстра и попыталась получить подсказку от госпожи Мафалды, привычно найдя взглядом наставницу, но та, сжав губы, смотрела в стол. Ясно, она тоже под воздействием этого добродушного пожилого лорда с румяными розовыми щеками и добрыми глазами всеобщего дедушки. Подсказки не будет, хотя… наставница чуть шевельнула пальцами, словно пересчитывала монеты.