Фея страшных снов

Бархатный бантик, мелкие белые цветы, сумочка на шелковом шнурке, перчатки, а вот саквояж придется доверить служанке, даме не пристало самой носить тяжести. Глубокий вздох – она готова!

Директриса тоже придирчиво оценила внешний вид подопечной и одобрительно кивнула:

– Прекрасно, Александрина, – потом порывисто обняла: – я буду надеяться, что ты все же вернешься!

Девушка быстро спустилась по лестнице, огляделась, едва не свернула привычно к дортуарам. Но нет, швейцар, почтенного вида отставной военный, с поклоном распахнул перед нею входную дверь:

– Всего доброго, госпожа Александрина, – сказал он.

Лину отчего-то морозом продрало по коже от этих слов. Глаза, непривыкшие к солнцу, сразу прищурились, слишком теплый и ароматный воздух ворвался в легкие, а уличный шум заставил покачнуться. Она успела позабыть, что на здании Школы лежит полог, защищающий воспитанниц от воздействия внешнего мира. Нет, она бывала на свежем воздухе – каждый вечер, перед ночной сменой гуляла в саду, но сад тоже был прикрыт от всего и еще эти люди… Множество незнакомых людей шли мимо, разглядывая опрятную коляску с гербом Школы.

Кое-кто осмеливался смотреть прямо на нее, а какой-то расфранченный молодчик одобрительно хмыкнул, оценив взглядом тоненькую талию, затянутую в строгий корсет.

Девушка рассердилась. Невидимый шлейф за ее спиной распахнулся и начал скручиваться, разгоняя чувствительных к проявлению магии птиц. К счастью, в этот момент ее снова отвлекли: кучер распахнул перед ней дверцу коляски, а служанка вынесла саквояж и не слишком почтительно бухнула его на специальную полку.

Лина выдохнула, закрыла глаза, возвращая себе концентрацию, и как молитву повторила про себя:

– Это недолго. Я скоро вернусь.

Потом девушка села в экипаж, и постаралась увидеть в окружающем ее сияющем солнечном дне что-то хорошее. Высокое синее небо, яркое солнце. Ей тепло, она удобно сидит и с интересом сама разглядывает толпу. Оказывается, она уже очень давно не выходила в город. Правда, иногда в выходной она добиралась до книжной лавки, но вечером обычно было тише.

Кроме того, в таких выходах, по традиции, ее сопровождал школьный слуга, или рядом шла парочка немолодых преподавательниц, увлекающихся сентиментальными романами. А теперь она одна днем едет в незнакомое место…

Александрина поежилась и с удивлением припомнила, что когда-то она любила бывать в толпе, гулять подпрыгивая по широким городским улицам, глазеть на витрины, есть мороженое, сладко облизывая пальцы.