Срочно требуется ведьма

– Да у кого угодно, – пожала плечами девчонка, – сейчас все закрома чистят. А вам чего надо-то?

Я перечислила: лук, чеснок, капусту, репу, морковь и свеклу, если у кого есть. А еще хорошо бы крупы прикупить да хлеба. Девочка призадумалась и сказала, что все это можно купить утром у околицы.

– Староста с мужиками в город поедут, у ворот притормозят, кому чего надо, там и берут. Дешевле, и сразу видно, у кого что есть.

– А крупу и хлеб? – уточнила я.

– Крупу в лавочке взять можно, возле дома старосты, – ответила Марыся, – староста сам в городе закупается да привозит разный городской товар, а дочка его торгует.

– Вот и хорошо, завтра на рассвете к околице сходим. И ты, Петр, приходи. Тебе ведь еще один день отработать надо? Донесешь покупки, и будем завтра мой огород смотреть.

На этом мы разговоры и завершили. Попили чаю и разошлись – Петр к матери, Марыська на лежанку, я в свою спальню. Лежать и думать – ну как же ведьма Мелузина тут так хорошо устроилась? Рядом ведь город с целой школой магии! Или здесь, в Кузякино, какая-то аномалия? Никто не видит и не знает, что вся деревня опутана силой? Или наоборот? Все все знают, но молчат, потому что выгодно? Кузякино ведь не только в Стародубск овощи и фрукты поставляет.

Тут неподалеку усадьбы аристократов есть, всякие охотничьи домики, старые замки… Там тоже любят вкусно поесть… А что если переезд ферм не просто так случился? Ведьма помогла? Задумавшись, я уснула, а проснулась от привычного уже противного звука от калитки.

Глава 7

Вставать на рассвете летом, конечно, красиво, но зябко и спать хочется. Однако пришлось идти, впускать Петра.

Пока я гуляла до калитки и обратно, Марыська успела встать, прибрать свою постель и затопить печь. Даже чайник водой наполнила и сидела плела косу.

Поскольку парень снова принес корзинку, я поставила ее на скамью и пошла к себе – одеваться. Завтракать некогда. Нужно к околице спешить.

Когда мы добрались до ворот, ведущих из деревни на городскую дорогу, стало ясно, что почти опоздали. Несколько телег уже пылило по тракту, остальные собирались в путь, накрывая мешки и корзины плотным пологом от пыли.

Завидев меня, однако, все притормозили. Начали перешептываться и поглядывать на Марыську, одетую в свои привычные обноски, только выстиранные и высушенные. Я быстренько пробежалась по ряду телег, табуретов и корзин.