Все дело в отваге

Де-юре женат…

– Что, с другим застукал? – оживилась она. – Или наоборот?

Они лежали рядышком, подставив спины опускающемуся к горизонту солнцу.

– Нет, – он смахнул с плеча божью коровку. – Просто не сошлись характерами.

– Банальная отговорка. – Девушка посмотрела на собеседника: – Как врач, могу сказать, что у тебя огнестрельное осколочное и ножевое. Не ошиблась?

Матвей встал, отряхнул руки и едва хотел предложить устроить очередной заплыв, как услышал женский крик.

– Что это?

– Кто-то кричал, – поднимаясь, сказала Марта.

 – Знаешь, не удивлюсь, если ты Бэтмен.

– Это почему?

– Ездишь вот так и людей спасаешь, – пояснила она. – Вчера, например, меня…

Из рощи снова донесся заунывный крик. Возможно, там просто кто-то резвился.

– Ты будь здесь, а я пойду посмотрю.

– Ну вот, здрасте! – расстроилась Марта. – Оставляешь бедную девушку одну?

– Я ненадолго, – попытался успокоить ее Матвей.

– Мне страшно, – она шутливо надула губки.

– В машине, в бардачке, вчерашний трофей. Справится даже ребенок. – С этими словами он направился к роще.

Уже на середине луга Матвей различил музыку.

– Ну вот, обычная пьянка, – он замедлил шаг, размышляя, стоит идти дальше или нет.

Неожиданно раздались дружные хлопки в ладоши. Пройдя еще немного, Матвей различил мужские и женские голоса. Они подпевали музыке из магнитолы:

Верят кумирам

Убогие люди,

Их души во мраке,

Ты выйди на свет…

Матвей вдруг понял, что нормальный человек такую околесицу нести не будет.

С другой стороны, пели они дружно и в рифму. Любопытство взяло верх. Он прокрался через заросли кустов, оцарапавшись о колючки боярышника и жалея, что не надел даже штанов.

В очищенном мире

Печали не будет,

Мы избраны знаком

От высших планет.

– Посредник! – раздался на фоне заунывного песнопения мужской голос. – Разреши присоединиться к нам сестре по имени Катерина…

– Может, кино снимают? – подумал вслух Матвей.

Звуки раздавались совсем близко. Он приподнялся на цыпочки. Увиденное ошеломило. С десяток мужчин и женщин, одетых в белые рубахи и штаны, образовывали круг, в центре которого сидела на небольшом, голубого цвета, прямоугольном коврике молодая женщина. Волнистые, слегка отливающие медью волосы были распущены и спадали на плечи. Голова склонена. Левая рука уперлась в землю. Она будто бы плакала, повторяя слова странной песни.