Второй шанс. Книга 2

Пришлось предложить свою помощь.

Увести вадерского лорда от сундуков оказалось невозможно. Этот солдафон не желал никуда идти! Нахал! Упрямый баран! У меня все внутри закипело от такого ослиного упрямства!

Я решила ударить его по щеке, чтобы оставить рубец на память о нашем знакомстве, но этот вадерец оказался слишком высок! Веер скользнул по крепкой мужской шее, оставив отравленными иглами длинную царапину. Заструилась кровь. Лорд мягко опустился на землю рядом с повозкой.

Кузен немедленно оказался рядом.

Спрыгнув с крыши флигеля, он ловко спрятал наглого солдафона за уже водруженным на телегу сундуком, а потом вернулся на крышу. Мне следовало идти, но далеко отходить я не стала: решила взглянуть на Ачмеса со стороны. Вальяжно появившись из-за угла, кузен начал распоряжаться лакеями самостоятельно. Я тихонько наблюдала, не вмешиваясь.

Когда Ачмесу не удалось получить ключи, он махнул мне рукой, чтобы я шла в сад, а сам направился на хозяйственный двор.

Я так и сделала. Провела прескучные полчаса в компании новых фрейлин и вскоре снова увидела хизардского посла:

– Дамы, пригласим лорда-посла прогуляться с нами?

– О, да! – защебетали новенькие клушки, восторженно блестя глазами.

Я отправила одну из девушек пригласить его к нам.

Ачмес немедленно подошел ближе, раскланялся и предложил мне руку. Дамы благоразумно отстали.

Кузен и любовник наливался тяжелым, как камень, гневом:

– Кузнец отказался открывать замки! – свистящим шепотом сообщил он.

– Так сломайте! – безмятежно улыбнулась я, прикрывая губы веером. – Мне самой хочется получить на память пару безделушек из королевского багажа.

– Не выходит, – Ачмес уже выплевывал слова, словно ему не хватало воздуха. – Очень крепкое дерево. И камердинера нигде нет. Похоже, он ускакал вместе с хозяином.

– Можем отправить сундуки в Бориту? – Я задумчиво подняла взор к небу. – Вадерский лорд спит, а королю Вайнору будет приятно увидеть свой гардероб, когда он застегнет на мне браслет.

Я неприятно улыбнулась, и Ачмес успокоился:

– Так и сделаем, – сказал он, склоняясь к вычурной оранжевой розе. – Придворного заберем с собой? Или бросим здесь?

– Киньте его на сундуки, – я опять недобро усмехнулась, предвкушая жестокое развлечение, – пусть проспится.

Ачмес оскалил зубы: он сам учил меня использовать плеть и получать удовольствие от чужих страданий.