Второй шанс. Книга 2

Потом он ушел за занавеску из простыни и оттуда донесся плеск воды. Покрасневшая от усилий мистрис выкатилась в комнату:

– Леди, помочь вам надеть платье?

На кровати обнаружилось дорожное платье из красивой синей шерсти. Фасон его несколько устарел, но полотняный воротничок и манжеты сияли белизной и топорщились от крахмала. Услужливая помощница помогла мне натянуть сорочку, панталоны, корсет. Потом одним движением подняла платье ввысь и мягко опустила тяжелую ткань на мои плечи.

– Отлично, леди! Длину подбирать не нужно, а в талии можно затянуть кушаком!

Мистрис в полминуты собрала ткань красивыми складками, утянула ее кушаком и занялась моей прической.

Волосы уже почти высохли и это не заняло много времени:

– Все, леди, – добрая женщина отступила на шаг любуясь делом своих рук. – Вы теперь как конфетка!

– Благодарю.

Я даже не взглянула в полированную металлическую пластину, которую протянула мне мистрис Борц. Встала, отошла к камину и уставилась в огонь, чувствуя, как горит голова и леденеют руки.

Это невозможно! Так нельзя! Почему он делает все, чтобы я искренне влюбилась в него? Даже закрыв глаза, я легко могла представить мужчину растревожившего мои чувства.

Вайнор. Какое говорящее имя! «Владелец множества земель»! Сдержанный, мгновенно принимающий тяжелые решения, настоящий король. Его приятно было охранять – он не спорил, не срывался на тайные свидания и не считал телохранителей рабами. В то время он вызывал обычную приязнь, как любой разумный подопечный.

Потом мы приехали в Квариллию. Там король показал себя мужчиной, способным простить заигравшейся девчонке глупые и даже опасные поступки. Он повернул ее усилия против нее, разыграв фарс и не потеряв политических преимуществ. Это уже вызывало уважение.

По дороге к границе Вайнор показал себя верным другом, достойным сюзереном и чувственным мужчиной. Я тяжко вздохнула: взвешивай – не взвешивай все резоны, наемница королю не пара.

Но у меня есть эта неделя. Неделя пути до столицы. Потом в моей памяти останутся воспоминания, которые в старости будут сверкать из прошлого, словно бесценные бриллианты из шкатулки.

Когда я очнулась от размышлений, оказалось, что занавески из простыни уже нет, лохани тоже, а король стоит у камина, встряхивая мокрыми волосами:

– О чем вы так глубоко задумались, леди?

– О вас, Ваше Величество, – предельно честно ответила я.

– Тогда почему вы так грустны? – он повернулся и сверкнул глазами, как хищник из засады.