Дарёнкино счастье. Сборник рассказов

Истинно деревенское сборище! Кости тут моют всем и каждому, здесь делятся последними известиями и придумывают новые сплетни.

Агриппина Ивановна  Рогозина уже поднимала из колодца второе ведро, когда услышала:

– Ой, бабоньки! Нешто мы еще одну зиму прожили? Солнышко-то как припекает! Весна!

– А то! – поддакнула другая. – Как мой-то скажет – щепка на щепку!

– А вам бы только про энто дело! – фыркнул еще один голос.

– А нам-то чо? У нас с Власом дело еще молодое, не застоялися! – веселилась Евдокия Муромова, тридцатилетняя красивая баба, жившая через два дома от Рогозиных.

 – Верно говорю, Агриппина Ивановна?

– Что верно, то верно. – Рогозина смерила оценивающим взглядом сочную молодуху. – Только меня-то чего с собой сравняла? Я вроде постарше тебя  буду.

– А я и не тебя… –  Евдокия сверкнула шаловливым взглядом и многозначительно замолчала.

– Ладно тебе, Дуняшка, языком-то молотить! – попыталась остановить товарку другая женщина.

Агриппина Рогозина перехватила поудобнее свою ношу и пошагала по тропинке. Придя домой, она поставила ведра и в сердцах грохнула коромыслом.

– Ты чего, мать? – выглянул из комнаты муж Игнат Терентьич.

– А того! Знать опять этот греховодник к Елене ходил! Бабы мне скоро на улице проходу давать не будут! В который раз уже одно и тоже слышу, и все про Матвеев блуд! Женил бы ты его, отец! Вон какой жеребец вымахал, хоть и грешно матери-то так про сына говорить, прости меня, Господи! – она осенила себя крестом и вдруг смахнула с глаз набежавшую слезу.

 – Дождешься ведь, что и тебе люди в лицо смеяться станут!

Игнат Терентьич помрачнел. Знал он, о чем жена речь ведет. Младший сын Матвей и в самом деле вымахал завидным красавцем. И характер был недурной, и в голове не ветер свистал, и в руках дело спорилось. А с прошлого лета, с самой сенокосной поры схлестнулся сын с вдовушкой из соседнего села – Еленкой Милютиной. То ли заговорила она его, то ли еще чего, но только девок Матвей с той поры словно не замечал.

На гулянки ходил ненадолго, словно лишь для того, чтобы отметиться. А время от времени доходили до родителей вести, что видят его ни много ни мало – в соседнем селе у той самой Елены. Вдова была лет на пять постарше Матвея, в замужестве прожила недолго – супруга ее насмерть закатал бык. Беда с ним приключилась   через два года после свадьбы.  Детишек Милютины народить не успели.