Сибил

… Вот и начинает сбываться древнее пророчество… Чуяло мудрое сердце – неспроста у Сибил появился этот волчонок, не зря она временами стала исчезать куда-то, а потом появляться с блестящими от радости глазами. Стоило бы, конечно, отругать ее за эти отлучки, но Эйла не сделала этого, только наказала быть осторожней. Ничего уже не изменить. Все идет своим чередом.

19

Мазь, которую Сибил спустя несколько дней передала Дауру, действительно, сотворила чудо. Хотя, если честно, он и не верил, что эта странная черная масса может чем-то ему помочь.

Сначала он даже мазать ее не стал, спрятал подальше. Но как-то ночью разыгралась сильная буря, шрамы начали ныть, и тогда Даур достал маленькую глиняную плошку и, еще раз понюхав, ковырнул мазь пальцем и слегка мазнул по шраму на плече.

Некоторое время ничего не происходило. Потом шрам начало холодить, словно к нему приложили кусок льда. А потом холод прошел, и плечо стало согреваться. Прислушиваясь к своим ощущениям, Даур не сразу сообразил, что смазанное место перестало болеть.

Но остальные шрамы все равно ныли!

И тогда мальчик стянул с себя рубаху и нанес мазь на всю спину. И снова все повторилось – сначала ничего, потом стало холодно, потом опять тепло.

И боль прошла!

Даур осторожно повел плечами – нет, и в самом деле не больно. Он сунул руку за спину и коснулся пальцами совсем недавно болевшей кожи. Но пальцы ощутили только гладкую маслянистую поверхность кожи. Даур не поверил сам себе и провел по спине уже всей ладонью.

Но спина, изуродованная отцовской плетью, была совершенно нормальная, словно на ней и не бугрились безобразные шрамы!

Едва сдержав восторженный вопль, мальчик с изумлением смотрел на свою ладонь. На ней не было и намека на ту черноту, какого цвета была сама мазь! Вот это да!

Даур заглянул в глиняную плошку. Волшебного снадобья там совсем не осталось – он щедро измазал все, да и было его немного. Надо же! Вот так Сибил, вот так ее бабушка Эйла! Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно! Чудеса, да и только!!!

Когда эмоции немного улеглись, Даур снова забрался в постель, но долго не мог уснуть.

Он слушал, как шумит дождь за окном, как завывает сильный ветер в ночи, но ему не было ни страшно, ни грустно. Даур лежал и думал об этой светловолосой девочке по имени Сибил.

Непогода угомонилась лишь к утру. Когда первые солнечные лучи заглянули в окно и пробежали по краю подушки, Даур уже спал.