За гранью: три чужих желания

 – Мотнула головой повариха, и, не глядя на меня, торопливо пошагала к вагону, где размещалась столовая.

Мой провожатый усмехнулся.

– Ну вот, теперь я вас, кажется, скомпрометировал.

– Переживу. – Фыркнула я.

И вдруг мы замолчали. Причем оба словно наткнулись на какую-то невидимую стену. Стало смешно и неловко одновременно. Как на первом свидании.

Потом мы совершенно синхронно глубоко вздохнули и посмотрели друг на друга. И рассмеялись.

– Ну, ладно, я пойду. Спасибо за прогулку.

– Не за что. Простите, что рано поднял.

– Это того стоило.

Что-то щелкнуло в моем мозгу. Я отчетливо помнила, что приехала сюда с определенной целью – заполучить Алексея. Или хотя бы разобраться – хочу ли я его получить.

Забравшись под одеяло, я с удовольствием закрыла глаза, намереваясь еще поспать. Но не тут-то было. В голову тотчас полезли всякие разные мысли. И все они крутились вокруг одного – Сосновский. Что, откуда, зачем? У меня же в планах совсем другой человек! И наш бригадир в мои планы не входил.

Тем более что на его руке все так же поблескивало обручальное кольцо. Да что там кольцо – он сам мне совсем был не нужен! Придя к такому выводу, я перевернулась на другой бок и сразу же заснула.

Утро началось, а вернее продолжилось, жутким матом. Стены нашего вагончика просто сотряслись от столь звучной тирады. С трудом разлепив глаза, я глянула на часы. Семь. Я поспала всего полчаса. Сегодня воскресенье, и в мои планы не входил столь ранний подъем.

Вашу дивизию! Кому там тихо не сидится?!

Рядом заворочалась Люба. Тоже чуть слышно матюгнулась. И так же, как и я, глянула на часы. Увидев, что я не сплю, хрипло спросила:

– Кто это там?

– Не знаю.

Мы прислушались. Орал Живцов – наш инженер. Странно, от кого – от кого, но от этого спокойного, в принципе, мужика услышать такое было более чем необычно. Значит, что-то случилось. Пришлось вставать и вылезать из вагончика.

Оказалось, что ночью у нас побывал гость.

Медвежонок. Судя по следам. Но, признаюсь, у меня даже от этого сообщения затряслись ноги. Он не прошел по всему лагерю, только заглянул под навес, где лежало оборудование. Но дел натворить успел. Самым главным его преступлением был выведенный из строя какой-то очень навороченный инструмент. Что уж он там с ним сделал, как сумел его сломать – в такие подробности я вдаваться не стала, уяснив для себя только одно – самим нашим ребятам с такой поломкой не справиться.