Почти как в сказке

Как танец живота, одновременный, парный – удар вверх, провал вниз, дробь, пауза, финальная восьмерка, дробь и – бесконечность!

Не искры, не фейерверк, не наслаждение – это было нечто большее, нечто не принадлежащее миру людей. Рай.

«В твоей любви я видел Бога», – сказал один арабский поэт. Теперь Мурат знал, что это не метафора.

Они плакали оба. Даже не стеснялись слез. Невозможно стесняться того, кого узнал в тысяче прожитых жизней, кто настолько един с тобой, что можно действительно запутаться, чья рука – твоя или его, кто твоё начало и продолжение.

Плакали и понимали: то, что случайно произошло этой ночью, не было случайным и не станет, но, когда придёт рассвет и займётся свет нового дня, всё лунное, древнее, тайное и кристально-понятное ночное уступит место человеческому миру и его законам.

– Не уезжай. День ничего не решит.

– Иногда решают даже секунды. Секунда взгляда, секунда на удар сердца: и мы с тобой в этом саду.

– Останься. Живи со мной.

– Помнишь этих людей на площади? Они, как дикие голодные собаки, ходят вокруг, пока их мало, но как только соберётся стая, набросятся на нас.

– Почему? Вы же не сделали ничего плохого?

– Мы греки.

– И что? Меня не смущает, что ты гречанка.

– Так думают не все. Некоторые считают, что этой земли могут касаться только ноги турок.

– Не все турки такие. Большинство не таких.

– Не все. Но это большинство тоже боится за свои семьи, имущество, дома и защищает себя молчанием. Поэтому меньшинство, которое убивает – сильнее и беспрепятственно вершит, что хочет.

– Я смогу защитить тебя!

– Не спеши обещать, пока сам себя не знаешь в такой ситуации. И тебе есть, что терять.

– Может, ничего и не будет?

Анна покачала головой.

– Мы слишком заметные. А я ещё и танцевала на площади, хотя так не делаю.

– А зачем сделала?

– А зачем ребята сыграли зейбекико? Вдохновение не спрашивает нас, зачем то или это, а просто делает через нас то, что считает нужным.

– Да, я тоже подумал, что греческая народная музыка сейчас неуместна.

– Вся музыка – народная. Народ – это прежде всего люди, не греки и не турки, а люди с сердцем и душой. Если, конечно, душа ещё осталась.

– И ты хотела отвлечь?

– Напомнить, что все мы люди. Иногда через красоту песни и танца это получается…

– А в итоге, запомнили…

– …Что гречанка танцевала турецкий танец…

– А потом ушла гулять с турком.

– Думаешь, они заметили и это? Город большой.

– Город большой, а базар маленький.