Ведьма

Дом смотрелся слишком мрачно на фоне темного неба; дерево, из которого был построен особняк, почернело, местами потрескалось, и величавое издалека строение вблизи выглядело неприятно и убого.

За стенами своими старинный особняк прятал кого-то, кто слишком сильно хотел встречи со мной. Входная дверь со скрипом приоткрылась, и из глубин дома пахнуло сырой землей и гниющей плотью. Я заглянула внутрь и увидела утопающий во мраке длинный коридор. Стены содрогнулись, и эхом пронесся по дому ледяной женский голос:

– Хочешь, я расскажу тебе сказку?

То ли от страха, то ли от холода, я почувствовала, как задрожало тело и застучали зубы.

Внутри особняка послышалось звяканье цепи, в коридоре, где свет соприкасался с тенью, мелькнула чья-то рука. Я застыла на месте, ожидая, что будет дальше.

– Хочешь услышать сказку? – голос звучал уже не так далеко, как в первый раз.

Ту абсолютную тишину, которую порой нарушал голос женщины и звяканье цепи, прерывало сумасшедшее сердцебиение моего сердца.

Следом прозвучал третий вопрос. Он уже не исходил из дома, а звучал в моих ушах и мыслях, прерывая звучное сердцебиение:

– Ты хочешь услышать мою сказку, Ариана?

После него окончательно повисло безмолвие. Женщина была совсем близко, но я не видела ее и дом, который превращался в одну большую темную точку. Дрожащим тихим голосом я нашла в себе силы спросить:

– О чем сказка?

Ответа не последовало. Тень, как черная пасть, охватила все вокруг и мигом поглотила меня целиком.

Я проснулась, почувствовав резкую нехватку воздуха. Первые несколько секунд я ощущала, что кто-то сидит на мне сверху, вцепившись ледяными пальцами в шею. Захрипев и отчаянно замахав руками в воздухе, я упала на пол и стала откашливаться, хватая ртом воздух. Только спустя некоторое время, когда стало легче дышать, а страх смерти значительно уменьшился, я села на пол и смахнула с глаз выступившие слезы. От пережитого потрясения тело трусило. Взяв в руки бутылку с водой, я с пятой попытки смогла открутить крышку и сделать несколько глотков.

Давно уже не случалось такого, что сон обретал столь реальные очертания, и передавал все ощущения. Носом я все еще чуяла могильный запах, доносившийся из особняка. По сравнению с тем местом, куда меня угораздило попасть в эту ночь, колдовские ритуалы, и бесконечные лабиринты кладбища могли считаться детской забавой.

Странная женщина и ее сказки служили дурным предзнаменованием.