Пойманная в капкан

Пытаясь как-то себя взбодрить, думала о женихе, но мысленно постоянно возвращалась к хищным глазам его сына. Списывая все на шок, схватила наушники и выбежала на пробежку, рассчитывая очистить голову от всего ненужного. Но дьявольские картинки, что я так отчаянно вытравливала из памяти на протяжении последних шести месяцев, упорно плясали перед глазами. Ни скорость, ни дистанция не помогли мне избавиться от яда, разъедающего душу и крадущего все радости жизни.

Обессиленная вернулся в особняк. Ноги не слушались, а голова раскалывалась от назойливых мыслей.

Зашла на кухню, открывая холодильник и достав бутылку воды. Откручивая крышку, закрыла дверцу, вздрогнув от неожиданности.

– Ну, привет, будущая мачеха, – прислонившись плечом к холодильнику стоял мой кошмар.

– Как ты здесь оказался? – обошла его, стараясь не обращать внимания на голый торс парня, испещренный разноцветными татуировками.

– В доме у своего отца? – хмыкнул он, захрустев зеленым яблоком.

– Это и мой дом тоже, – не собиралась терпеть негодяя на своей территории.

– Не обольщайся. Пока ты здесь пустое место. Прибившаяся шавка, имеющая право спать под крышей только с разрешения хозяина.

– Как бы ты не старался оскорбить меня, не получится, – пыталась держать лицо, внутренне содрогаясь от каждого его слова.

– Я лишь называю вещи своими именами, Алиса, – подошел ко мне, снова останавливаясь неприлично близко. – Какого черта тебе нужно от отца? Найди себе другой мешок с деньгами и проваливай.

– Я люблю Владимира, а он любит меня, – отвернулась, направляясь к лестнице, не собираясь и дальше слушать оскорбления в собственном доме.

– Думаешь он и дальше будет продолжать тебя любить если увидит ту запись? – крикнул мне в след.

Замерла, как вкопанная. Его слова, словно на повторе, звучали в голове. Медленно обернулась, посмотрев в лютые глаза.

– Что ты предлагаешь?

– Все просто. Оставь его. Не хочу, чтобы он портил себе жизнь из-за какой-то дешевки.

– Ты с ним годами не разговаривал, а теперь решил проявить заботу? – ему было плевать на Володю, он просто хотел насолить мне.

Уколоть как можно больнее и заставить страдать. Отчего -то мои мучения доставляли ему особое наслаждение.

– Наши отношения с отцом не твоя забота, ясно?– посмотрел зверем из-под широких бровей. – Надеюсь, ты меня услышала. Откажешься, и последствия тебе не понравятся, – окинул высокомерным взглядом, возвращаясь на кухню, оставляя меня в полной растерянности.