Тьма. Время Смерти

Чтобы не расстраивать любимую, Эдигору оставалось только искать ответы в древних письменах, чем он и занимался в то время, когда его драгоценная возлюбленная отдыхала после плотских утех.

Читал книгу, то и дело бросая взгляд на девушку, не в силах сосредоточиться на тексте и желая как можно скорее вновь погрузиться в её сладком теле. Он сходил с ума по ней, испытывал такой спектр эмоций, как ни с одной из женщин. И ни за что не отдаст ее кому-то другому. Если потребуется, герцог будет биться с противником до конца, используя всевозможные методы.

И словно в ответ на его мысли он увидел конверт на журнальном столике, незамеченный ранее. Вмиг, от благого настроения герцога не осталось и следа. Печати рода Первородных и лично Верховного Князя кричали об опасности для его счастья. Да, Эдигор был счастлив и не скрывал этого. Не видел ничего зазорного, чтобы испытывать чувства, что бесконечные приписывали только смертным.

Он вернул взгляд обратно в книгу, стараясь игнорировать корреспонденцию, но взор то и дело лип к проклятому конверту.

Оно выжигало глаза, пробуждало сущность герцога, отравляло его существование, вызывало ярость. Эдигор хотел сжечь его в камине, как поступала Алия со всеми посланиями, пришедшими из Замка Коруса Синистри. Она избавлялась от них не вскрывая, стирая любую связь с прошлым. Демон надеялся, что и в этот раз девушка не изменит своим принципам. Но в его груди засел страх, что в любой момент она может захотеть вернуться к Ваалу. Верил ей, ощущал ее искренность, хоть и понимал, что сильнее привязан к Алии и его чувства к ней гораздо глубже, чем у нее к будущему мужу. И в то же время, видел насколько она стала уверенной и гордой, а это гарантия того, что она ни за что не вернется туда, где ее втаптывали грязь. Эту страницу своей истории Алия вырвала с корнем, сжигая в пламени.

И несмотря на все это. Он хотел знать, что задумал противник. Его подмывало вскрыть печать и прочитать письмо. Но сдерживал себя, не собираясь подрывать доверие девушки.

– Что тебя беспокоит? – проворковала Алия, прижавшись обнаженной грудью, к его бедру.

– Почему ты решила, что меня беспокоит что-то? – улыбнулся герцог при звуках ее голоса.

– От тебя повеяло яростью, – положила руку на живот обнаженного мужчины, очерчивая четкие линии мышц пресса, добравшись до пупка, провела пальцем по темной дорожке волос, забираясь под простынь и накрывая ладонью уже готовый к ласкам мужской орган.