Невинный трофей бандита

Передо мной стоял тот самый синеглазый брюнет с наушником из папиной приемной:

– Пойдем, – схватил меня за локоть. – Адам Германович хочет с тобой поговорить.

Глава 4

Смотрела в ледяные синие глаза, жесткое лицо, и сердце ухнуло вниз. Глядела на этого мужчину, и становилось понятно, он привык исполнял приказы, не брезгуя методами для их выполнения. Оглянулась по сторонам, рассчитывая, что среди такого количества людей мужчина не станет применять силу. Но люди будто не замечали, что у них под носом происходит что-то странное.

– Я не знаю, кто это, – не собиралась так просто сдаваться и слушаться постороннего человека.

– В твоих интересах не притворяться дурочкой и сделать как сказано, – сильнее сжал руку вокруг моего запястья.

– Что ему нужно? – сердце стучало где-то в горле, а мозг лихорадочно соображал, отыскивая пути отступления.

– Он сам все расскажет, – явно раздражался мужчина. – Идешь сама, или я тебя утащу силой.

Я могла кричать и сопротивляться, но что это изменит? Судя по тому, как испуганно отвели глаза в сторону бармены и официанты, помощи от персонала ждать не стоило.

– Я не одна. Подруги потеряют.

– Не беспокойся, им передадут, что ты отлучилась, – потеряв терпение, сдернул со стула и потащил за собой.

Я следовала за огромной фигурой незнакомца, пробирающегося сквозь толпу, и не верила, что это я – Ева Анисимова, дочь мэра, иду непонятно куда и непонятно для каких целей. Достала телефон, сжав в руке и снимая дорогу, по которой меня повели к тому самому Адаму Германовичу.

Мужчина потащил меня к лестнице, ведущей на балконы. И тут во мне проснулся протест.

– Я не пойду дальше! – уперлась пятками в пол, стараясь перекричать музыку.

– Ну что за дура! – процедил сквозь зубы и одним движением поднял меня в воздух и перекинул через плечо.

И вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Я попыталась вырваться, но мужчина как-то ловко обездвижил мои руки, сцепив их между собой и выгнув их за спину. От боли на глазах выступили слезы. Мимо нас проходило множество мужчин и девушек, и никто, ни один, не спросил, все ли в порядке. Казалось, они даже не замечали ничего ненормального.

– Что вы делаете? – хныкала.

– Выполняю просьбу Адама Германовича.