Невинный трофей бандита

Приблизился, осторожно обхватывая зубами пухлую нижнюю губу, с трудом сдерживаясь, чтобы не накинуться на нее немедленно. Но у нее по щекам снова потекли слезы, и девчонку затрясло. Неужели так противен?

Разжал пальцы, отпуская хитрую сучку. Она закашлялась, обхватив шею руками и сгибаясь пополам. Кашляла, не прерывая зрительного контакта со мной.

– Будет тебе договор, – рявкнул ей. – Но с этого дня ты не имеешь права выходить из квартиры, пока я не разрешу.

– Что? – испуганно смотрела женщина.

– Теперь ты здесь живешь.

Смирись с этим, – застегнул ширинку и пошел к выходу, стараясь не оборачиваться на растерянную девчонку.

Глава 17

Ева

Обессиленно прислонилась к стене и сползла на пол, разрыдавшись. Сидела на корточках, сотрясаясь всем телом. Беззвучные всхлипы прорвались сквозь преграду самоконтроля, превращаясь в настоящий вой. Никогда в жизни я не испытывала такого страха. Даже в тот раз, когда меня силой утащили для разговора с Адамом, я не боялась так сильно, как этой ночью.

До сих пор ощущала прикосновения его рук к своему телу, то, как он прижимался пахом, губами, зубами. И понимала, что чудом избежала самого жуткого, что могло случиться. Меня только что чуть не трахнул в рот совершенно незнакомый мужчина. И он явно дал понять, что обязательно это осуществит, как и многие другие вещи, о которых мне даже подумать страшно.

И что мне теперь делать? Смиренно ждать, когда он вернется с совершенно кошмарным договором и лишит меня невинности всякими извращенными способами? Нежности и ласки от этого монстра явно не стоит ждать.

Разве так я планировала расстаться с невинностью? Почему я не сделала это несколькими неделями ранее, когда меня приглашал на свидание парень с четвертого курса. Почему не пригласила его войти ко мне в квартиру, после того как он поцеловал меня на прощание? Ведь он мне нравился. Не так, как хотелось бы. Без бабочек в животе и дрожи от прикосновений. Но он симпатичен мне. И лучше первый раз с кем-то вроде него, чем с безжалостным монстром.

Как я смогу отдать свое тело в распоряжение чудовищу? Тому, к кому не испытываю совершенно никаких чувств, кроме страха и отвращения? Чем я думала, согласившись на любые его условия?

Меня трясло так, что даже зубы стучали. Я снова словила паническую атаку, только на этот раз никого не оказалось рядом, чтобы помочь мне выйти из этого жуткого состояния. Казалось, это никогда не закончится, и я вот так и умру на полу чужой квартиры, не освободив папу.