Деревянная балерина

Примерь-ка!

Примерить не получилось: первое же платье – бирюзового цвета, с замком – не сошлось на спине сантиметра на три.

– Но я ведь смотрел размер по твоей одежде, даже сфотографировал. Как же так? Это, получается, настолько ты растолстела? – Илья укоризненно покачал головой. – Что ж, буду знать.

Попрощался довольно холодно – как будто и не было вчерашнего, и наоборот, это именно она сильно провинилась перед ним – и ушел.

И вышло, что не только утро, но и остаток дня Ирина провела в слезах, так и не сняв проклятое тесное платье.

***

– Противно смотреть, как ты ешь. То жрешь, прямо как твоя собака из миски, аж чавкаешь, одним куском заглатываешь, то колупаешь там что-то. Что, думаешь, похудеешь, если часами будешь в тарелке возиться? Да не будет этого. Во-первых, в любом случае нужен спорт, а ты калека. А во-вторых, в твои годы уже не тот метаболизм. Ты уже сейчас не девочка, а дальше с каждым годом только еще больше будешь жиреть. Страшно представить, во что ты уже через пару лет превратишься, – Илья забрал стоящую перед Ириной тарелку с бурым рисом и вывалил в ведро, а затем швырнул в раковину.

Судя по звуку, разбилась или она сама, или стоящая там кружка. Или все вместе.

Ирина приготовила рис для себя, и этой тарелки должно было хватить на весь день – больше на сегодня она еды не планировала. Но ни о чем этом она Илье не сказала. И ни о чем другом тоже. Ирина промолчала.

Она ощущала полнейшее безразличие – примерно такое же, как было после выписки из больницы.

Придвинув к себе пепельницу, Ирина закурила.

Студенческая привычка, с которой она рассталась одновременно с первым мужем. Она все ждала, когда Илья проедется и на этот счет, начнет жаловаться на запах или на дым, но почему-то он до сих пор молчал.

– Нормальную еду, вижу, не приготовила? – Илья заглянул в холодильник. – Хотя это правильно: не умеешь – не берись. А что тогда весь день делала?

– Ничего.

– То есть, опять ровно сидела? Тупеешь с каждым днем. И так была глуповата, а теперь совсем полная дура.

С тобой не то, что говорить, молчать не о чем. Хоть в музей сходи, что ли.

– Хорошо.

– Хорошо, – скривившись, передразнил Илья. – Так, все, свалила отсюда.

Ирина безропотно поднялась и поплелась на свою волшебную кровать. Рой поцокал когтями следом. Визг – ему помешал пинок Ильи.

– Куда поперлась, тварь? А ну иди сюда!

Это он Рою или ей?

– Ковыляй сюда, тупая жирная дрянь!

Что-то снова разбилось. Ирина замерла, втянув голову в плечи.