Пришлые

Неужели ему не интересно? Ясь от такой жуткой истории почти совсем забыл о запахе и даже немного – об умершем.

Вол двинулся с фонарём вдоль поленницы, и возле неё – уже ближе к выходу, далековато от тела – Ясь вдруг заметил какой-то белый клочок.

– О, смотрите, там что-то валяется.

– Где? – не понял Вол.

– Да вон там же, – указал пальцем Ясь.

Дмитрий увидел предмет первым. Поднял, покрутил в руках. Вол приблизил фонарь и вгляделся. Подошёл и Ясь.

– Кусок одежды. Как видно, рубахи, – уверенно сказал Вол.

 – Пойдём лучше на улицу и там рассмотрим. А здесь даже не представляю, на что ещё можно смотреть, – договаривал он, уже спеша к двери едва не бегом.

Оставалось только последовать за ним.

– И что нашли? – лениво спросил охранник.

Вол жестом остановил пришлого, который собрался ответить, и заговорил сам:

– Пока осматриваемся. Может, позже еще зайдём.

Быстро двинулись за сараи.

– Не надо ничего пока никому говорить и показывать. Мало ли, кто это сделал, – объяснил Вол.

– А ты не такой тупой, каким кажешься, – ухмыльнулся Дмитрий.

– Тупой? – задохнулся Вол. – А не врезать тебе за такое?

– Угомонись, – продолжал ухмыляться пришлый. – Тряпку-то будешь смотреть?

А Яся уже кусал за локоть вчерашний бес.

– Драки запрещены, – довольно противным тоном сказал он.

Зло зыркнув на него, Вол сказал:

– Показывай.

Дмитрий вынул из рукава быстро в него втянутую у входа в сарай тряпку. Сероватая, плохо отбеленная, грубая ткань.

– Рабочая рубаха и есть, – подтвердил Вол.

 – Здесь чуть не каждый в таких ходит.

– Неровный кусок. Вырван – кто-то зацепился за поленницу, убегая, и рванул. А крови нет. Можем понять, какого он был роста, – задумался Дмитрий.

– Как? – не понял Вол. Ясь тоже не понял, но промолчал.

– Наверное, он зацепился рукавом за какой-то сук. Поймём, за какой, и по длине руки предположим, какого он роста.

– Ну, ты тоже не такой и тупой, – фыркнул Вол. – Пошли обратно.

Превозмогать спазмы Ясь начал ещё по дороге.

– Что, уже вернулись? – удивился Захар на входе.

Вол отмахнулся.

Вдоль поленницы, сверху донизу, поставив на пол фонарь, лазили довольно долго и собственную одежду испачкали и наставили затяжек – не говоря о том, что она пропиталась запахом умершего и масла. Зрелище, наверное, ещё то: даже собака, казалось, смотрела с недоумением. Но поленья обработали на совесть перед доставкой: смена, которая их заготовила, точно не состояла из таких тунеядцев, как Ясь.