Та, что разучилась мечтать

 – Я специально сел сюда, чтобы ваша красота превратила мою яичницу с ветчиной в амброзию…

– Глянь-ка, начитанный, – хмыкнула Саня, моментально узнав искажённую цитату из О. Генри.[1 - В оригинале фраза из рассказа американского писателя О. Генри “Дебют Тильди” звучит так: “Они ёрзали на стульях и старались из-за приближающейся фигуры Тильди увидеть Эйлин, чтобы красота её превратила их яичницу с ветчиной в амброзию”.]

– Ого, да ты, оказывается, тоже! – непритворно удивился он, вероятно, привыкший к тому, что в ответ на витиеватый литературный комплимент девчонки обычно только хлопают ресницами и польщённо краснеют.

Саня пробурчала что-то неопределённое и демонстративно уткнулась носом в свой телефон. Откровенно говоря, будь она одна, то не мешкая попросила бы незваного гостя удалиться, но, глядя на счастливое лицо Майки, уговорила себя сдержаться. В конце концов, не умрёт же она от его присутствия, ну потерпит немного, зато подружка порадуется.

– Первокурсницы? – с аппетитом принимаясь за еду, продолжил Чеба светскую беседу.

Ел он так непринуждённо и изящно, что Саня тоже отбросила смущение и продолжила поглощать свои сосиски с макаронами: не голодать же из-за него, в самом деле.

– Да, – на глазах расцветая от его внимания, счастливо кивнула Майка.

– Я Иван, – представился он, а затем галантно добавил:

– Ну, а таким красивым девчонкам, как вы, можно называть меня просто Чеба.

“Дешёвый позёр!” – мысленно фыркнула Саня. Видно было, что парень действует по давно сформировавшейся схеме – как по накатанной.

Впрочем, Майку, судя по всему, ничего не смущало и не раздражало, ну и славненько.

– Я Майя, – сообщила подруга.

Чеба перевёл вопросительный взгляд на Саню.

– Александра, – буркнула она.

– А по батюшке? – состроив невинную гримаску, осведомился тот. – Ну, раз уж так официально.

“А по шее?” – подумала Саня сердито, но предательница Майка сдала её с потрохами:

– Для своих она у нас просто Саня. Или Санчес!

– Санчес? – Чеба вздёрнул бровь, пряча усмешку в уголках красиво очерченных губ.

 – А что, мне нравится…

– Сейчас умру от счастья, – мрачно съязвила она, почему-то всё больше раздражаясь и сама не понимая толком причину собственного раздражения. Вроде бы, обычный доброжелательный разговор, беситься и кусаться тут не из-за чего.

– Ты классно выступил тогда на вечере первого сентября, – сглаживая повисшую в воздухе неловкость, не замедлила поделиться своими восторгами Майка.