Я тебя отвоюю у всех

Та самая, что заглядывала прямо в окно комнаты, где обитали Лека и её братья. Она словно ласково и вкрадчиво вопрошала: не хотите ли яблочка? Яблоки были мелкими, кислыми, и Лека упорно отвергала дары природы. Зато братья распахивали окно и с неизменным удовольствием набивали рот этой кислятиной. Те же плоды, до которых мальчишки не могли дотянуться, дерево роняло на землю, и дворовые котята гоняли упавшие яблоки по земле, точно играли в мячики.

Наверное, со стороны и впрямь выглядело, будто Лека бесится с жиру.

Она не раз слышала от отдыхающих, в каком райском местечке живёт, но лишь скептически кривила губы в ответ на все восторги приезжих: дескать, не надо путать туризм с эмиграцией!

По всему городу были развешаны плакаты: “Геленджик – место, где ты счастлив”. Иногда они довольно смешно и нелепо сочетались с социальной рекламой: “Заплати алименты! Геленджик – место, где ты счастлив”.

Лека отчётливо понимала: она не счастлива здесь. Не несчастна, это иное, а именно не счастлива.

Ей хотелось большего… Она не замечала красоты вокруг, не ощущала умопомрачительных запахов моря, разнотравья и хвои, не слышала песен цикад.

Из дома она уезжала тайком, точно воришка. Дождалась, когда предки уйдут на работу, а братишки умчатся на пляж, быстренько выудила с антресолей дорожную сумку, неизвестно кому ранее принадлежавшую (насколько ей было известно, родители никогда не путешествовали), и покидала туда свои немудрёные пожитки. Оставив на кухонном столе невнятную записку о том, что она отправляется искать работу в столице, Лека схватила сумку и рванула на ближайшую остановку.

Путешествие вышло долгим: сначала на автобусе до Новороссийска, а затем – поездом до Москвы. Конечно, намного круче было бы прилететь в белокаменную на самолёте, так, как Лека всегда мечтала. Но пришлось рассуждать здраво: в плацкарте получалось куда дешевле, а она не собиралась бездумно сорить деньгами.

Впрочем, даже поездка в плацкартном вагоне, насквозь пропитанном дикой смесью устойчивых ароматов (от лапши быстрого приготовления и бутербродов с колбасой – до потных носков и винного перегара), стала для Леки настоящим приключением.

Она никогда раньше не уезжала так далеко от дома, и всё ей сейчас казалось по-настоящему прекрасным: и задушевные разговоры не слишком трезвых попутчиков, и пейзажи, проплывающие за окном, и тётушки, нелегально торгующие на перронах копчёной рыбой, домашней выпечкой и сезонными фруктами.