Люби как в 20!

Опустив глаза, я вижу, что стою перед ними в красном свитере с котенком и без юбки, в одних черных кружевных трусиках. Кто-то глумливо свистит, и я просыпаюсь.

Сон подпортил настроение, и с утра, сделав кофе, я корила себя за то, что вляпалась в эту авантюру. Зачем только согласилась на свидание с Данилой? Глупо притворяться младше, чем я есть!

Но когда открыла шкаф с обновками, во мне взыграл азарт. Почему бы не поиграть? Если бы не Данила, я провела субботу на диване, за книгой или фильмом про выдуманную историю любви.

А сегодня в кои-то веки мой выходной пройдет необычно, и я сама стану героиней романтической истории! Хотя бы на денек!

Чтобы убить время до свидания, я убрала квартиру и перемыла полы.

А за час до прихода Данилы приняла душ, вымыла волосы и переоделась, чтобы вжиться в роль.

– Алина, я Алина, – повторила я нараспев, стоя у зеркала в красном свитере с котенком и обтягивающих джинсах, которые делали меня стройней. Говорить я решила более высоким голосом, как мои студентки и героини вчерашнего фильма, чтобы казаться моложе.

Техникой речи я владела – специально тренировала голос, чтобы выдерживать долгие лекции, и знала, как можно заставить голос звучать более низко и солидно или наоборот сделать его звонким и молодым.

Копна каштановых волос, рассыпанная по плечам, делала меня похожей на себя двадцатилетнюю. Примерно так я тогда одевалась, а волосы носила распущенными или заплетала в свободную косу. К тому же я была миниатюрной и невысокой, так что вполне могла сойти за одну из моих студенток.

Чтобы отличаться от моих учениц, в университете я для солидности носила очки, хотя особого смысла в них не было – зрение у меня было почти идеальным. В обычной жизни я вполне обходилась без них, и сейчас, сняв очки, я тоже казалась моложе, что мне на руку на свидании с Данилой.

Оставалось сделать легкий макияж, как в студенческие годы. Я подкрасила ресницы и перетрясла косметичку. Как жаль, что нет ни одной розовой помады, все яркие и делают меня взрослей.

Пришлось воспользоваться гигиенической, которой я увлажняла губы на ночь. Хоть и бесцветная, но губы не будут выглядеть сухими и не станут шелушиться на мартовском ветру. А вдруг Данила захочет меня поцеловать?.. От этой мысли сердце забилось чаще, как будто я правда двадцатилетняя девчонка, а не тридцатилетняя женщина.

Чем ближе к трем, тем сильнее я нервничала, как перед самым настоящим свиданием. Впрочем, для Данилы оно и будет настоящим.