Маша и мажор

Пожалуй, из всей компании этот мажор – не самый безнадежный. Несмотря на пижонскую челку.

– Может, хотите салат «Цезарь»? – предлагаю я Доминике, которая с хмурым видом рассматривает меню.

– А что это ты за меня решаешь? – хищно щурится та.

– Да ладно, солнце, – Дэн с улыбкой обнимает ее за плечи. – «Цезарь» – твой любимый.

– Не хочу салат. Хочу торт! – капризничает Доминика.

– Тогда мне «Цезарь», – велит ее кудрявая блондинистая подружка тоном наследной принцессы.

Слушаю и повинуюсь. Записываю в блокнот салат и стейк для ее кареглазого парня-брюнета с бородкой.

– Я буду только кофе.

Воля ваша, королевна.

– Принести сразу?

Доминика царственно кивает, косички радужной волной стекают по ее плечам.

– Остальным по мере готовности?

Мажоры меня уже не слушают. Они уткнулись в гаджеты, и мне приходится повторить вопрос, чтобы снова привлечь к себе внимание.

«Ты еще здесь, ничтожество? – читается в их глазах. – Какого черта?»

Я забираю меню и иду на кухню, где на низком старте у окошка уже ждет тетя Тома.

– Что заказали? – нетерпеливо спрашивает она.

Я диктую заказ, и тетя Тома бросается к плите – греть борщ, жарить стейк. А ее дочка Ася достает из холодильника салат Айсберг и блюдо для «Цезаря».

Возвращаюсь в зал к стойке, где Виталик колдует над капучино. Посетителей не прибавилось. Мажоры уткнулись в свои гаджеты и молча листают свои Инстаграмы. Такие зайчики! Всегда бы так.

Виталик заканчивает выводить рисунок на кофейной пенке и ставит круглую белую чашку на поднос.

– Ты превзошел себя!

– Знаю… – Бармен скромно улыбается и тихо добавляет: – Если им понравится, может, сфоткают для своего Инстаграма и отметят нас.

Это вряд ли. Но я не буду разочаровывать Виталика. Он так старался! Беру поднос и несу капучино к столику.

Аккуратно ставлю чашку перед Доминикой, стараясь не потревожить рисунок-розу.

– Класс! – слышу бархатный голос ее парня. И против воли представляю, как он шепчет мое имя… Какие глупости, он его даже не знает! Я же никто. Официантка. Невидимка.

Поднимаю глаза на Доминику и улыбаюсь, но напарываюсь на злой взгляд.

– Наконец-то! Сколько можно ждать! – Девушка хватает чашку, едва взглянув на рисунок на пенке, и делает жадный глоток.

Когда она ставит чашку на блюдце, рисунок уже поплыл.