Опять 25!

Евгений Андреевич мне в сыновья годится!

– Так вы что же, собираетесь его усыновить? – с плохо скрываемый яростью уточнила Елена и повернулась к мужу: – И как давно у вас это продолжается?

– Если вы забыли, то мы знакомы уже два года, – обиженно напомнила Аполлинария, – с тех пор, как вы переехали в наш дом.

– Два года? – Елена ахнула, выхватила у мужа рожок с мороженым и ткнула ему в лицо.

Невинно пострадавший отец семейства ошарашенно заморгал, глядя на выросший на месте носа вафельный рожок.

Он открыл рот, чтобы что?то сказать, но тут Павлик со злым хохотом трудного ребенка из известной комедии подпрыгнул и заткнул родителю рот своим рожком.

Вокруг уже начала собираться толпа ротозеев, и Ксюше пришлось приложить усилия, чтобы пробиться к Аполлинарии.

– Быстро уходим, – зашипела она, хватая бабушку за плечо.

– Девушка, вы несетесь, как метеор! – горячо выдохнул ей кто?то на ухо. – Наконец?то я вас догнал.

Ксюша обернулась и увидела того самого молодого человека, который поднял бюстгальтер.

Теперь он с радостной улыбкой от уха до уха протягивал ей черные кружевные трусики.

– Вот, вы обронили!

– Ой, это же мои! – сконфузилась Аполлинария, забирая у парня находку, и торопливо сунула ее в карман пальто.

– Смотри, Евгений, твоя любовница умудрилась потерять в магазине трусы, – злорадно воскликнула мама Павлика.

– Как вам не совестно, Елена! – возмутилась Аполлинария. – Смотрите, на них есть бирка! Ваши оскорбительные намеки совершенно не по адресу.

Хоть бы сына постыдились!

– Ты, свиристелка, меня еще учить будешь! – взвилась Щеглова и танком поперла на Аполлинарию.

– Что здесь происходит? – раздался грозный рык охранника.

– Кажись, женские бои без правил намечаются! – хохотнул какой?то ротозей.

– Ставлю на любовницу, – подхватил его сосед.

– А я на жену!

Не дожидаясь начала боев, Ксюша потянула Аполлинарию:

– Бежим!

Аполлинария не заметила, как трусики выскользнули из кармана пальто и остались лежать на полу.

– Ба, ты хоть понимаешь, что ты натворила? – процедила Ксюша, когда они выскочили на улицу. – О чем ты вообще думала, когда к соседям рванула?

– Я хотела отпроситься у Евгения Андреевича на несколько дней. – Аполлинария виновато шмыгнула носом. – Ведь я пока не могу сидеть с Павликом и провожать его в школу.

– О том, что ты с Павликом сидеть не можешь, ты подумала, – проворчала Ксюша.