Возможно, куриные. Возможно, яйца. Пересказки

У Мишани здесь тайник был, он достал колышки, поставил, и сетку натянул вокруг. От многоножек и других разных тварей. Больших здесь не было, а маленькие даже покусать здорово не могли, но все равно, без них лучше. Зимой-то они вялые, а теперь вон как бегают. Залезут под куртку или, чего доброго, в нос.

– Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, – фальшиво пропел Роман.

– Умолкни, гнида, – отозвался Артем.

А Роман не унимался:

– Сейчас бы костерок, шашлычок, водочки. А Каша горит?

– Если б горела, тут бы житья совсем никакого не было, – ответил Мишаня.

– Жалко. Запалили б костерок, многоножек нажарили. Их едят?

– Зачем, когда Каша есть? Ну, пробуют некоторые, – сказал Мишаня.

– Да чего ты пристал? Они тебя сами сожрут, – сказал Артем.

Пока ребята лениво переругивались, Мишаня достал хлеба с тушенкой, огурчиков. Банки саморазогревающиеся, удобные. Свиная, вроде, тушенка. От запаха парни оживились. Умяли все и банки хлебом почистили.

– Как стемнеет, мусор закопаем.

Дроны снимают, потом штраф могут вкатить. Тут оставлять ничего нельзя, —сказал Мишаня.

– А когда приспичит по-большому? Потом с собой носить? – хохотнул Роман.

– Как обычно. Вон лопатка, зарывай поглубже, чтобы не воняло. И спать. Завтра хуже будет.

– Как про мою жизнь, – проворчал Артем.

– Не бухти, придурок. Все зашибись, – отозвался Роман.

На ночь Мишаня поставил тент, и правильно сделал. Моросило ночью. Утром все было серое, влажное, дышалось трудно. Воды набралось – это хорошо.

Каша раскисла – это плохо. Городские еле поднялись, мышцы болели с непривычки. Перекусили, попили. Мишаня вешку поставил повыше, хоть и местность знакомая была. Говорили, что дроны могут вешки выдергивать, чтоб, значит, не ходили всякие. Может, и брехня.

Роман с улыбочкой сказал:

– Ну что? Вперед, к победе? Пошли?

– Поползли, – ответил Артем.

Мишаня кивнул. Лапти уже не надобились. Гати в ход пошли. И началась эта хренотень. Один расстилает. Другой сзади скатывает.

Третий тащит другую гать. Повторить. Повторить. Повторить. Через несколько минут все в поту и в Каше с головы с до ног. Теперь так до самого дома будет. Жарко, воздух от испарений и от вчерашнего дождя густой, в грудь его заталкивать надо.

– Не могу больше, – прохрипел Артем, повалился на колени, а потом на живот, и руки раскинул. Так и лежал с рюкзаком на спине.

– Ну, давай передохнем, – сказал Мишаня.

Все трое развалились на гатях.