Между нами ложь

Катя была внебрачной дочерью Женькиного отца, человека в этом городе довольно серьезного и известного. Марк надавил на родительские чувства с помощью имеющегося компромата и в скором времени уже жил с Катериной в подаренной квартире в центре города. На этом он не остановился, постарался укрепить семейные узы, женившись на Кате. Так как мои чувства особо никого не волновали, а я жизни для себя не видела, то решила повеситься, в тот момент и появился Женька с грозными обещаниями убить Марка.

О нас с Марком он знать ничего не знал, как и все остальные, но о чем-то догадывался.

Потому я бросила попытки проститься с этим миром и переместила свою жизнь вместе с телом на диван. Для меня это было вполне привычным занятием, потому я просто лежала и разглядывала потолок изо дня в день, перемежая это занятие чтением книг.

Женька меня в покое не оставлял, постоянно наведываясь. Так как говорить я не желала, он болтал сам. Тему Марка, который теперь именовался Мишей, он никогда не затрагивал, а я особенно тем не поднимала.

Никакие его попытки вытащить меня куда-либо не действовали, так же как угрозы. Единственное его пожелание я выполняла – жила, а на остальное мне было плевать. Конечно, я не удержалась и нашла Катю в интернете.

Ее страницу в социальной сети украшали торжественные свадебные фотографии. Марк был на них чудо как хорош в светлом костюме и с красной бабочкой, Катя просто неотразима. В глазах обоих – счастье. После этих фотографий душевного равновесия во мне не прибавилось, потому я просто решила лежать на диване, пока не умру естественной смертью.

Тогда Женьке, безусловно, придется слово сдержать, то есть оставить Марка в покое. Смерть, однако, где-то загуляла, прошло лето, стояли последние дни августа, а я все так же лежала и созерцала потолок. Так как в моей жизни вроде даже начала ощущаться стабильность, Женькин утренний визит вызвал легкое недоумение.

– Я решил, хватит тебе валяться на диване, так можно и пролежни заработать, – заявил он, приваливаясь к косяку и скрещивая руки на груди.

Это была его излюбленная поза.

– Какого черта? – я натянула одеяло на голову и отвернулась.

– Того самого, милая, – хмыкнул он, стянул с меня одеяло и сел на кровать, откровенно разглядывая. Так как я была в пижамных майке и шортах, то посчитала, что стесняться мне нечего.

– Я тебе сто раз говорила, оставь свои попытки.

– Лето прошло, – печально констатировал он.