Мой личный сорт Бонда

О чем вы говорили с консьержем?

Я даже не стала делать ремарку о слежке, и так все понятно: ходят за мной по пятам и не скрывают этого. А я даже не заметила. Вот тебе и сыщик. Вознамерилась отыскать Бонда раньше, чем он объявится. Доказать, что я крута. Дура набитая. Зато теперь понятно, кого имел в виду автор ночной записки, когда писал о наблюдателях. Вот они, собственной персоной.

– Мы встретились случайно, можете у него спросить, раз уж вы такие наблюдательные. Немного поболтали о том, о сем, все-таки мы знакомы.

– Будьте осторожны, Ирина Дмитриевна, не играйте в опасные игры, – высказался напоследок Максим, и они покинули мою квартиру.

Я заперлась на все замки, прошла в гостиную и рухнула на диван, хватаясь за голову. Мысли лезли всякие разные, и многие из них были не самыми приятными. До сего момента я была так увлечена записками и ограблением, что появление в моей жизни Вадима прошло как-то стороной. Я и не думала соотносить его с этой историей, просто совпадение, что через него я могла добыть нужную информацию.

Но когда Алексей рассказал о банке…

– Это невозможно, – процедила я, хмурясь и грызя ноготь на большом пальце.

Но в моем воспаленном мозгу картина уже набрасывалась: Вадим мог организовать нападение на банк с целью повысить рейтинги своего и занять лидирующее положение в городе. Не думаю, что он планировал использовать меня, к тому же, как грабитель мог знать, что я окажусь в нужное время в нужном месте?

Тут я все же склоняюсь к случайности. Но положим, он как-то узнает, что это был мой скутер, и заставляет его вернуть.

В его голове вполне может возникнуть идея, как можно обыграть сложившуюся обстановку, и он начинает посылать мне карточки, написанные пером, ему достать данные письменные принадлежности точно труда не составляет.

Он даже мог предугадать, что я появлюсь у него, потому и выставил, но приглядывать не перестал. И возможно, на улице вчера появился неспроста. Мог ли Вадим разыгрывать какую-то комбинацию, используя меня? Вполне. Как он раздобыл себе состояние, я не знала, но была уверена, что такие деньги добыть честным путем невозможно.

Хотя официально за ним ничего не водилось, и он никогда не был запятнан связями с криминалом, я все равно не могла быть уверена, что он сам вскарабкался на вершину успеха. К тому же, помнится, он организовывал какой-то благотворительный фонд, и деньги шли как раз на детские дома и больницы…

Все это складывалось в моей голове в запутанную, но имеющую место быть историю.