Не будем дружить

Вынуждена признать, несмотря на то, что он молод и легкомысленен, в роли директора смотрится хорошо, да и дела ведет неплохо. Ну а я… Я-то просто богиня рекламы, тут не поспоришь.

– Вызывали, Максим Владимирович? – задала вопрос. Макс, бросив взгляд, указал на стул.

– Я изучил договор, Надежда Дмитриевна, – заметил мне, оторвавшись от монитора, – связался с их представителями, обсудил кое-какие детали… В общем, договор подписан.

– Замечательно, – улыбнулась я, – значит, скоро вы будете блистать на обложке журнала?

– Мы будем блистать, Ельцова.

– Я Остапенко, – поправила по инерции, потом только спросила, – что значит мы?

– Я подумал и решил, что на обложку нужен не только мужчина, но и женщина. И вы как главная женщина в нашей фирме составите мне компанию в этом увлекательном деле.

Я еще немного похлопала глазами.

– Что… Как?.. – пытаясь осмыслить сказанное им, я дара речи лишилась, Макс расплылся в победной улыбке, а я чуть не рявкнула «какого…», но вовремя взяла себя в руки, решив, что такого удовольствия ему не доставлю.

– Конечно, я отправил их на вашу почту, Надежда Дмитриевна.

Скрипнув зубами, я стиснула пальцы в замок.

– В таком случае я могу идти, Максим Владимирович?

– Идите, Надежда Дмитриевна. И в следующий раз думайте, прежде чем выкидывать подобные фортели.

Ну вот, не выдержал, а я только со стула встать собралась. Откинувшись на спинку, сложила на груди руки.

– Между прочим, если бы вы меня выслушали, то поняли бы, что это отличный пиар-ход.

– Не сомневаюсь. И в чем же его гениальность?

– В том, что сейчас любой может узнать, как Максим Данилов проводит свой досуг, а именно прожигает жизнь в клубах, заливаясь алкоголем и меняя девиц. Между прочим, не самый лучший образ для руководителя. Как считаете, многие захотят иметь дело с таким субъектом?

– Не строй из себя мою мать, – разозлился Макс, переходя на ты. Что было вполне естественно, на вы мы общались в двух случаях: когда находились на переговорах и когда издевались друг над другом.

– Я передам тете Ире эти слова.

– Кто бы сомневался. Ябедой была, ей и осталась.

– Самовлюбленный эгоист.

– Язвительная стерва.

Уууу, я бы его сейчас за уши оттаскала, как в тринадцать, когда он мне в сумочку лягушку подложил.

– Если мы закончили обмен любезностями, – елейно улыбнулась, – то я пойду работать.

– Идите, Надежда Дмитриевна.