Пес, миллионер и прочие неприятности

Даже не знаю, кого выбрать, Марик красавец, зато у Джека ум.

– Я серьезно, – хмыкнул он, – что-то больно цветешь.

Отвечать я не стала, быстро оделась, и мы покинули квартиру. Джек, уже почуявший, что ему опять не светит поехать со мной, демонстративно жевал каталог одежды, вяло поглядывая в нашу сторону. Я решила, что беды не будет, и присовокупила еще каталог косметики.

Поэтический вечер проходил с современном музее искусств и впечатлял организацией. То ли девушка реально имела успех, то ли владелец заведения кем-то ей приходился, однако выделили целый зал.

Выступление тоже проходило не абы как: свет выключили, включив на стене позади нашей поэтессы различные инсталляции, парнишка с длинными кудрявыми волосами аккомпанировал на синтезаторе. В общем, девушка имела успех, чего уж там. Сама она показалась мне чересчур отточенной: взгляд, жесты, подача стихов, – все качественно, но как-то ненатурально. Хотя, может, она лично именно к этому и стремилась.

Мы с Дередой попали в пробку, потому прибыли к самому началу.

Он довольно витиевато ругался, я делала вид, что этого не замечаю. В здании мы разделились, Дереда уселся куда-то в начало, благо, места были, хотя и немного, зал был практически целиком занят. Я пристроилась в дальнем темном уголке.

Выступление длилось час с лишним с небольшим перерывом, так что я успела вздремнуть, никому не мешая. Как только представление закончилось, к девушке потянулись поклонники с цветами, я же набрала Дереду, чтобы проверить связь.

– Что? – высказался он негромко.

– Я в туалет сгоняю, пока она цветы относит в гримерку, а ты готовься.

– Быстро давай, – шикнул он, а я побежала в туалет.

Если верить программке после вечера с девушкой можно будет пообщаться, на что мы, собственно, и рассчитывали. Быстро справив нужду, я понеслась обратно, но на входе в зал столкнулась с Дередой.

– Ты чего? – уставилась на него непонимающе.

Он прошел под лестницу и закурил, совершенно не думая о том, что здесь курить нельзя, и что сигареты в принципе яд, разрушающий организм.

– Там Белый, – высказался все-таки.

– Андрей? – пошутила я, но Дереда шутку не оценил.

– Почему Андрей?

– Забудь, – отмахнулась я, – и что этот Белый? Он что, какой-то литературный критик?

– Хуже, ловелас.

– То есть?

– Бабы от него млеют и сразу теряют голову. Светлана вышла только, а он сразу к ней и давай трепаться.

– Ну и что? – рассердилась я. – Тебе не должно быть дела ни до какого Белого.