Профессорская дочка

Секс… Секс был средний, ни хороший, ни плохой. Но повторить будет можно. Когда-нибудь.

В институте Марина сбегает от меня уже в холле, полном студентов. Ладно, не беда, далеко не убежит, у неё вводная лекция все равно на факультете, и мне, собственно, на тот же этаж. В одном крыле филфак, в другом иняз, куда и пошла дочь. Язык она знает неплохо, учила с первого класса, и потом проходила курсы дополнительно, так что поступила без проблем. Правда, особой радости ей это не принесло, потому что дочь хотела в рекламу. Но в пединституте с этим, само собой, туго, так что пришлось выбирать из того, что было.

В целом, я лично доволен. Иностранный язык в современном мире востребован, да и Марина будет относительно рядом – на одном этаже.

Хорошо, что она идёт сюда сразу с первого курса, после московского вуза этот, конечно, показался бы ей дремучим. Зато когда вернёмся, она точно будет довольна. Но об этом сейчас рано думать.

Мне, кстати, институт нравится. Если ещё отклик по предмету будет, то вообще замечательно.

Впрочем, заинтересовать я умею, этой черты не отнять.

Вижу в стороне ректора, Андропова, и некоторое время думаю: подойти или нет. В конце концов, прошло много лет и теперь между нами уже нет тех противоречий. На самом деле давно уже нет, но и это по большому счету роли не играет. Андропов постарел, сколько ему сейчас? Пятьдесят с небольшим. Выглядит неплохо, но на контрасте с образом, оставшимся в памяти, разница весьма заметна. Все-таки не подхожу. Друзьями мы не были, да и поддерживать разговоры ни о чем нет никакого желания.

К тому же черт его знает, как он ко мне относится.

Поднимаюсь на последний этаж и осматриваюсь. В моё время и филфак, и иняз заполняли в основном девушки. Кажется, в этом плане мало что изменилось.

Ирина Николаевна встречает меня с той же нервной улыбкой, что и в прошлый раз.

– Вы рано, – часто моргает накрашенными глазами.

– Это плохо? – вздергиваю бровь.

– Нет. Нет… Просто… – крутит в руках ручку. – Ваш кабинет ещё не совсем готов. То есть… Совсем не готов.

 – Обречённо вздохнув, указывает на дверь. – Идемте.

Мы проходим до поворота, в углу как раз кафедра, внутри в комнате большой овальный стол, занимающий почти все пространство. Вокруг стулья, вдоль одной стены стеллажи. Рядом с окном дверь в смежную комнату. Сейчас, кроме тщедушной старой девы под пятьдесят, тут никого не наблюдается. Она рассматривает меня возвышенным взглядом настоящей литературной дивы сквозь толстые стекла квадратных очков.