Профессорская дочка

Роман Андреевич спрыгивает, отряхивая руки одну об другую.

– У вас же сегодня только одна пара, – зачем-то говорю я. Мужчина усмехается.

– Решил помочь вам, Завьялова, думаю, вместе мы за сегодня закончим. Ну чего застыли? Заходите, закрывайте дверь.

Глава 16

Наверное, у меня чересчур ошарашенный вид, потому что Гордеев рассматривает меня с улыбкой, которая делает его таким милым, что просто глаз не оторвать. Подходит сам, взяв за локоть, отводит в сторону и закрывает дверь. Это наконец приводит меня в чувство.

Быстро прохожу в глубь кабинета, скинув рюкзак на пол, оглядываюсь.

– А вы тут давно разбираетесь? – спрашиваю мужчину.

– Не особо, приехал минут двадцать назад.

– Ясно. Ладно, давайте тогда продолжим.

Углубляюсь в разборы, работа идёт в тишине, за что я в общем-то благодарна. Минут через десять раздаётся стук в дверь.

– Да, – произносит громко Гордеев, мы оба смотрим, как на пороге появляется Карина.

Я хмурюсь, в то время как она несколько смущенно улыбается.

Правда, не уверена, что смущение не деланное.

– Карина? – удивляется Роман Андреевич, а я почему-то думаю, что ко мне он только по фамилии обращается. Ну за редким исключением.

– Алевтина мне рассказала, что вы тут разбираете бумаги, хотела помочь вот.

И глазками хлопает с наращенными ресницами. Я почему-то начинаю злиться, ну вот какого черта она приперлась? Без нее что ли не разберемся? Конечно, Гордеев ей не откажет, лишние руки не помешают, быстрее отделается от всей этой бумажной волокиты.

Да и мне это на руку, поскорей уйду отсюда. Вот и прекрасно. Наверное.

Я даже не замечаю, что так и стою, не двигаясь. Лица Гордеева мне теперь не видно, потому что он подошёл к Карине.

– Спасибо, – говорит ей, – но мы с Алевтиной справимся сами, работы осталось немного.

Девушка явно теряется, я распахиваю глаза в удивлении.

– А… Ну… – мямлит, потом выдавливает улыбку. – Что ж, хорошо. А насчёт дипломника?…

– Давайте через месяц-другой, – коротко отвечает Гордеев, – а сейчас нам надо тут закончить.

Карина теряется ещё больше, пятится и покидает кабинет, буркнув «до свидания».

Когда Роман Андреевич поворачивается, я спрашиваю:

– А почему вы отказали ей?

Наверное, у меня очень непонимающий взгляд. Гордеев, вернувшись к стопке дипломников, отвечает:

– Потому что она ко мне клеится.

Я открываю рот.

– Вы это понимаете? – задаю дурацкий вопрос.

– Конечно, – усмехается он. – Это же очевидно.