Всегда будешь ты

Я просто пытаюсь тебе объяснить, что сама ты не справишься. Зато потеряешь время. Иди в полицию, слышишь?

Катя отвернулась к окну, а я молча ждала ее решения.

– Нет, – наконец сказала она, – я не могу. Миша сказал, что в полицию нельзя. Значит, нельзя. В полицию только в крайнем случае.

– А сейчас какой? – я махнула рукой. – Тебе не кажется странным, что твой возлюбленный запретил идти в полицию? Если он ни в чем не виноват…

– Миша не преступник, – перебила Катя. – В этом я уверена. Скорее всего, он случайно что-то увидел или услышал.

А мне не рассказал, чтобы не ставить под удар.

– Ладно, это тоже мысль, – согласилась я.

– Мы можем по номерам машин узнать владельцев?

– Да.

– Ты мне поможешь?

– Кать, я не могу, – ответила я. – Просто не могу ввязываться в такие дела.

– Но у меня здесь никого нет. Прошу тебя, Аня, помоги.

Я не знала, как еще объяснить причину своего отказа. Слишком много их было у меня, одной, кстати, являлось вчерашнее покушение. За мной, возможно, охотится сумасшедший стрелок, а я буду разгуливать по городу в поисках неизвестного парня.

Самый лучший выход для меня – сидеть дома, пока следователь не найдет убийцу или тот просто не успокоится. Хотя так можно долго сидеть. Я посмотрела в Катины умоляющие глаза, на мгновение отметив, что ее лицо мне кого-то очень напоминает, а потом…

– Хорошо, – сказала я, – я помогу тебе.

Она облегченно выдохнула, а я посоветовала себе меньше теперь думать о своем решении и больше о деле.

Чем скорее я избавлюсь от него, тем мне спокойней. Для начала следовало взять за аксиому тот факт, что Миша хороший человек.

– Расскажи мне о своем Мише побольше, – обратилась я к девушке, проходя в комнату.

– Зачем?

– Чтобы я могла сложить о нем представление и попытаться узнать, что он из себя представляет. А ты, – продолжила, увидев ее лицо, – если хочешь, чтобы я тебе помогала, должна выполнять мои поручения и отвечать на вопросы без лишних эмоций. Делу они только мешают.

Это ясно?

Несколько секунд она смотрела на меня, явно борясь между тем, чтобы снова начать противостояние, и тем, чтобы покориться.

– Ясно, – кивнула она мне. – Его зовут Миша. Иванов Миша. Ему тридцать один год. Он работает в какой-то строительной компании у нас в Тюмени.

Так как Катя замолчала, я поинтересовалась:

– Это все? – она пожала плечами. – Название фирмы?

– Я не знаю.

– Адрес?

– Он же не местный. В Тюмени снимал квартиру.