Лаборант

Возможно, мне стоило бы дать отпор этому говнюку, но ведь когда поднимешься повыше – падать больнее, поэтому я предпочту дать ему возможность подняться еще на пару ступенек по гнилой лестнице.

Глава 8

Уже на автомате произвожу настройку звука, выстраивая нужные частоты. Бар достаточно большой, поэтому приходится каждый раз регулировать звукозаполнение индивидуально, чем я и занимаюсь, сидя за настроечным пультом, спрятанным за кулисами миниатюрной сцены.

– Ну как прогресс? – подходит ко мне Лиза, сжимая в руках два стакана латте, один из которых ставит перед моим носом.

С чего бы такая щедрость? Обычно ее не видно почти весь вечер и вспоминает подруга про мою персону только ближе к трем ночи, когда заканчивается ее смена и пора ехать по домам.

– Почти все готово, – отвечаю я, поднося к губам стакан с горячим напитком. – Сейчас попрошу во-о-он того белобрысого петушка покукарекать в микрофончик и…

– Тише ты! – шипит мне на ухо подруга, наклоняясь как можно ниже и с опаской глядя в сторону болтающих на сцене парней.

 – Будь поосторожнее в своих выражениях, если Вадим услышит – тебя выпрут не то что с бара, а даже с универа!

– Ого, а кто у нас Вадим? – наигранно вскидываю брови я. – А вернее, кто же у нас папочка у Вадима?

– В правильном направлении мыслишь, подруга, – шепчет Лиза, отпивая свой кофе. – Нестеров, депутат… Стремный мужик. У него сейчас какие-то тёрки с другими шишками, они все что-то делят-делят и никак не могут поделить. Так что давай осторожнее, не хотелось бы попасть под удар за компанию.

– Я тебя поняла, буду молчать и повиноваться, – киваю я, еще раз бросив презрительный взгляд на «хозяина жизни» и его друзей, удаляющихся со сцены на улицу в сторону курилки.

За то недолгое время что я работаю в вузе, таких мажорчиков и даже мажорок я встречала не единожды, а уж сколько раз слышала фразу «да ты вообще знаешь, кто мои родители», ух, не сосчитать… С каждым из этих личностей у меня возникали те или иные проблемы, однако решаемые.

Поэтому сейчас, глядя на, как выяснилось, Вадима я не испытываю страха, а лишь неприязнь, отвращение и, возможно, крупицу жалости.

Перевожу взгляд на переминающуюся с ноги на ногу Лизу, как-то растерянно смотрящую на меня. Не к добру, ох, не к добру.

– Ну чего, говори уже! – выпаливаю я, всплеснув руками в воздухе. – Сколько можно уже мяться?!

– Тут такое дело, я это… – подружка закусывает губу и отводит взгляд, стараясь подобрать правильные слова.