Помощники

 – Очень приятно познакомиться, Дюймовочка.

Чертов «крот» театрально поднес мою руку к своим губам, оставляя слюнявый след на тыльной стороне ладони, и наконец отпустил. От омерзения сжался желудок, но я сумела выдавить легкое подобие улыбки и приветственно кивнуть.

– Вы само очарование и будете истинной усладой для глаз во время скучного изучения договора, – хриплым голосом говорит мерзкий старикашка и облизывает губы, заглядывая мне в район груди. Захотелось прикрыться или закутаться в чей-нибудь пиджак, а еще лучше – паранджу надеть.

– Мирослава Вячеславовна, – строго обращается ко мне Станислав Юрьевич, – я видел рядом с главным входом «Старбакс», идите туда, отдохните и выпейте кофе до нашего звонка. Мы с Кириллом Викторовичем справимся.

Во взгляде начальника читался беспрекословный приказ, которому я жаждала подчиниться. Карелов недобро посмотрел на Авдеева и как-то самодовольно ухмыльнулся.

– Ну хорошо, пообщаемся потом, – поганенько улыбается мужчина, бросив прощальный взгляд в область моего декольте.

Облегченно выдохнула, когда вышла на улицу и направилась к кофейне. Первым делом направилась в уборную и аж два раза вымыла руки с мылом, чтобы от слюнявого поцелуя старикашки не осталось и следа.

Взяла себе напиток с десертом и задумалась, глядя в окно. Может быть, действительно надо было никуда не ехать? Чего я так вчера взбунтовалась… В конце концов моя задача подчиняться, но в свое оправдание могу сказать: я просто испугалась, что меня уволят к чертовой бабушке.

Достала телефон и со вздохом зашла в непрочитанные сообщения. Ну да, все стандартно, словесный понос от бывшего продолжается. И вроде бы все равно, но обидно читать все эти гадости. А удалить, не читая, не могу.

Открываю первое сообщение:

«Ну все, пуся, хватит. Поиграли в обиженных и давай уже мириться.».

Фу. «Пуся», «заюся», «бубуся» – ненавижу все эти непонятные прозвища. И ведь он об этом знает. Странно, что в этом сообщении не было оскорблений и трехэтажного мата. Тут Петя сам на себя не похож.

«Не будь сукой, завязывай артачиться! Лучше меня у тебя все равно никого не будет.».

А, нет, все тот же засранец.

Захожу в пропущенные вызовы. Тридцать один пропущенный от Петра, два от мамы и один от хозяйки квартиры.

В груди мгновенно похолодело. Это плохо, очень плохо.

Я живу в съемной двухкомнатной квартире, которая находится в состоянии «усиленного желания хозяйки ее продать и подороже».