На грани срыва

– Твой брат настоятельно просил проследить, чтобы именно завтра ты не покидала стены дома, – качает головой Рома и довольно ловко раскладывает диван.

Интересно, находясь на улице в машине, как он собирался заставить меня сидеть дома?

Ну уж нет! Никто не заставит меня тухнуть в квартире, когда уже давным давно были выстроены планы. Мне безумно обидно, что брат всячески старается оградить меня от мира или мир от меня. Даже этого няньку приставил, лишь бы всегда была под контролем.

– Я не буду сидеть взаперти, словно собачонка, у меня своя жизнь и свои планы! – отвечаю я, непроизвольно повысив голос и сделав шаг вперед к парню.

 – Не лезь в мою жизнь, Рома. Следишь – следи, но не указывай мне что делать!

Похоже, что моя речь не произвела на защитничка никакого впечатления, ведь он молча продолжает застилать себе лежбище.

– Ты странная, – вдруг, говорит он. – Хантер предупреждал, что его сестра с причудами и может вести себя нелогично, где-то неадекватно, но чтобы настолько…

– Ты сейчас к чему ведешь? – щурюсь я, ощущая разгорающийся огонек обиды в груди.

– Ты знаешь, что за тобой следят, что ты вляпалась по самое не балуй, но все равно продолжаешь гнуть свою линию, – спокойно говорит Роман, совладав, наконец, с наволочкой для подушки, и подходит ко мне совсем близко.

Чувствую тепло исходящее от него и мне даже нравится его близость… До тех пор, как он не завершает фразу.

– Ты не хочешь решать проблемы и искать их источник, ты прячешься и делаешь вид, что их нет. Что весьма странно для носителя рун перевернутого альгиз и соулу*, – бросает на меня нахальный взгляд сверху вниз парень и выгибает бровь.

До меня не сразу доходит, что он имеет в виду, но как только понимаю о чем речь – взрываюсь от гнева. В голове что-то словно щелкает и я слетаю с катушек.

– Ах ты, скотина! – замахиваюсь, чтобы отвесить ему заслуженную пощечину. – Уебывай из моей квартиры, извращенец!

Парень перехватывает руку на излете, затем ловит вторую и разворачивает меня спиной к себе.

Фиксирует в своих объятиях, минимизируя мои телодвижения. Из меня не переставая льется поток разномастных ругательств, я стараюсь вырваться, чтобы все таки треснуть наглому засранцу.

– Это же насколько ты досконально меня голую в гримерке рассматривал, урод?! – возмущенно кричу я. – Недотраханный мудила!

Выпаливаюю последнюю фразу и тут же замолкаю, ощущая как горячее дыхание обжигает мне кожу на виске.

– Твой бы рот, да в мирных целях, – усмехается Рома.