На грани срыва

После признания Инги одно я понял на сто процентов – в тот год я знатно налажал, когда вел дело о распространении новых синтетических наркотиков. Пять жизней были бесповоротно сломаны, разбиты вдребезги на мелкие осколки, которые уже не получится склеить. И все из-за моей ошибки.

Прошло больше года, но эта боль останется навсегда. Словно шрам на сердце, она постоянно будет напоминать о себе. Порой я забываюсь и будто бы живу как раньше, но стоит только вспомнить, как вина начинает разъедать душу.

Сейчас быть рядом с Ингой, помочь ей распутать этот клубок для меня имеет огромную ценность.

Искупить вину, отомстить, защитить – вот все что мне нужно.

Забираю из машины ключи, ставлю на сигнализацию и возвращаюсь к подъезду, дверь которого почему-то распахнута настежь, а крепление гидравлической доводки снято. На пороге стоит огромная канистра, судя по резкому запаху – с бензином.

Уже в этот момент я понимаю, что что-то не так, а доносящиеся изнутри шорохи и женский крик тому подтверждение.

Выругавшись, я забегаю по маленькой лестнице наверх и застаю весьма неприятную картину.

Сопротивляющуюся Ингу пытаются выволочь из дома два здоровенных «шкафа» в черных костюмах, не вижу их лиц, только спины в дорогой одежде. Девушка сопротивляется, брыкается, усложняя захватчикам задачу. Ровно до тех пор, пока один из амбалов звонко не ударяет Инге по лицу и та не теряет сознание.

Адреналин начинает бушевать в моей крови, параллельно затуманивая рассудок алой яростью.

Не долго думая, бросаюсь вперед и сметаю одного из засранцев в сторону.

Воспользовавшись эффектом неожиданности, пару раз хорошенько замахиваюсь и ударяю кулаком по лицу. Отправляю в глубокую бессознанку, припечатав его башкой о дверной косяк в качестве финального аккорда. Мужик обмякает в моих руках и тут же мешком валится на пол.

В этот момент другой похититель набрасывается на меня со спины, берет в удушающий захват, перекрывая доступ к живительному кислороду. Разворачиваюсь в сторону тесной прихожей и уже собираюсь перекинуть урода через себя, как слышу знакомый хриплый голос:

– Сволота! Я тебе устрою, мразь!

На секунду перестаю сопротивляться, судорожно хватаю ртом воздух, ведь захват так и не ослаб.

Я знаю этот голос. Знаю. Не мог ошибиться.

– Я… – на последнем издыхании хриплю я. – Север… Ледник, я Север…

– Север?! – ошарашенно переспрашивает мужчина. Ослабляет руки и я разворачиваюсь к нему лицом, потирая горло и стараясь надышаться.