Игры рядом

Неизменные арбалеты уже были в руках, Роланд, Уинтер и Сайрс положили ладони на мечи. Флейм достала кинжал и, попробовав пальцем кончик лезвия, спрятала в ножны, по-прежнему сжимая рукоятку.

– Мы тебя не отдадим, – мягко прошелестел сладкий голосок нашей Паулины.

Я окинул их взглядом, внутри как-то странно защемило: то ли смеяться захотелось, то ли плакать. Знать бы, что они потом не пожалеют, если останется кому жалеть… Знать бы.

– Сядьте.

– Эван… – начала Флейм.

– Сесть, я сказал!

Они поколебались, потом неохотно вернулись на свои места.

Я остался стоять, хотя ноги охватила слабость.

– А теперь послушайте меня. Да внимательно послушайте! Бравада – это хорошо, но вы должны думать о том, ради чего мы всё это делаем. Важен результат, а не средства, понимаете?

– Ты не можешь быть средством, – сказал Дуглас.

– Кто угодно может быть средством! – отрезал я, – Хватит бахвалиться! Кто вы такие, Жнец вас подери? Вы арбалетчики, партизаны, вы бандиты с большой дороги. Вы привыкли бить изподтишка, из засады, под прикрытием листьев.

Молчать! – резко сказал я, когда Роланд и другие мечники гневно зароптали против такой клеветы. – Как бы то ни было, нас здесь всего десять человек. А там, за стенами, – две сотни солдат. Как вы собираетесь с ними справиться?

– Мы умрем с честью! – пылко сказал Юстас. Мне захотелось врезать ему со всей силы, но я сдержался, только холодно посмотрел мимо него на сжавшихся близняшек.

– Линнетт, иди сюда, – приказал я. Она тут же вскочила. Арлетт вскочила тоже, но я рявкнул:

– Сиди! Я позвал Линнетт!

Она растерянно опустилась на место.

Линнетт подошла, смущенно улыбаясь. Я шагнул к ней, рывком схватил за волосы, дернул, повалил на колени, выхватил ее кинжал и приставил к горлу, запрокинув ей голову назад. Линнетт шумно вдохнула, хватая воздух широко раскрытым ртом. Все ахнули, повскакивали с мест, Арлетт ринулась ко мне. Я наотмашь ударил ее по зубам, а когда она рухнула на пол, придавил ее шею носком сапога.

– Хороши воины, нечего сказать, – с отвращением проговорил я, отпуская обеих.

Девчонки отпрянули, тесно прижимаясь друг к дружке. Линнетт всхлипывала.

– Ты что, сдурел?! – заревел Роланд. – Они ведь женщины!

– А ты думаешь, Зеленым не плевать, женщины они или нет? Для солдат они в первую очередь легкие жертвы! И все вы знаете, что девчонки далеко не худшие из здесь собравшихся, – я безжалостно посмотрел на Юстаса. – Вас перережут как свиней. А меня возьмут все равно.

Линнетт заплакала.