Птицелов

 – Разойтись по лесу! Уходить по одному!

Отчаянно, но это хоть какой-то шанс – для некоторых из них, тех, кто твёрже других держался на ногах и лучше владел мечом. Почти сразу Лукас услышал крики, среди которых прорвалось несколько предсмертных. В крике, раздавшемся совсем рядом, он узнал голос Чейза. Тот пытался как-то организовать своих людей, видимо, проигнорировав приказ Лукаса. «Ледоруб меня забери, никудышный я всё-таки полководец», – подумал он, кривя губы в неживой улыбке и продираясь сквозь заросли валежника.

Позади гремела сталь, и лес полнился воплями умирающих, но Лукас не оборачивался. Он не сомневался, что королевские солдаты перережут всех, до кого дотянутся. И не собирался позволить им дотянуться до себя.

А всё же не будь они пьяны, будь он чуть умнее и не оставь их без присмотра, может, и ушли бы…

Он стиснул зубы и, запретив себе думать об этом, рубанул по очередному кусту.

– Сэйр Лукас!

Он круто развернулся – и в глазах немедля зарябило от десятков чёрных и красных пятен, двигавшихся сквозь лес – на него.

– Илье! Проклятье, я же сказал, по одному!

Оруженосец пробирался к нему сквозь бурелом, проворно, как заяц, и с таким же взглядом, как бывает у затравленного зайца. Свой меч он где-то потерял и, кажется, ничего не соображал от ужаса.

– Сэйр Лукас! Они повсюду!

– Вижу, – бросил Лукас, поудобнее перехватывая меч. Солдаты подобрались совсем близко, уйти уже не удастся. Когда Илье поравнялся с ним, Лукас схватил его за загривок и одним движением швырнул наземь.

Оруженосец охнул и покатился с откоса вниз. Как раз в этом месте в земле проходила ложбина, по дну которой журчал ручей. Можно сбить след… если успеешь уйти, не привлекая внимания.

Среди деревьев продолжали мелькать фигуры, некоторые падали – дело было почти кончено. Лукас упёрся ногой в выступавшую из земли корягу и ждал. Он насчитал девять человек, двигавшихся прямо на него; остальные то ли не торопились, то ли заканчивали расправу ближе к кромке леса.

Ладно… эта ложбинка очень даже кстати тут попалась. Они её не видят, так что парочке из них он заготовит неприятный сюрприз.

Королевский солдат, шедший первым, прикончил последнего наёмника, находившегося между ним и Лукасом, и вскинул голову. Несмотря на всю паршивость положения, Лукас почувствовал, что расплывается в улыбке. Не горькой – скорее восхищённой.