Догонялки

Все это действие было настолько неожиданным и завораживающим, что на некоторое время Александр был лишен любого плана действий.

– Как давно это все продолжается?

– Думаю, что со вчерашнего дня. Это примерное время, но судя по скорости вращения и…

– Я понял.

Они вышли из «кухни» и сели за компьютеры, каждый пытаясь собраться с мыслями.

«Что же могло стать таким огромным катализатором? И что запустило эффект „соблюдения формы куба“? Надо еще раз проанализировать все данные, что и как мы делали за последние…»

Его пробило током.

Лена понимала, что это редкое явление называется «приход музы» и шефа лучше не трогать: он находится в другом измерении и его удивительный мозг нашел решение задачи.

Затем она стала свидетельницей, как Александр Николаевич схватил двери шкафа инструментов, выхватил, словно неуравновешенный (скорее всего, так и было), скальпель и вскрыл себе вену на запястье.

– Ай, черт, Лен, дай чашку.

Она взяла с соседнего стола металлическую чашку и поднесла к дикому ученому.

Когда накапало уже прилично и Александр почувствовал легкое головокружение, он попросил помощницу завязать жгут и наложить повязку.

Затем без спецкостюма он зашел в «кухню», поставил чашку рядом с кубом и вышел.

Через три минуты куб остановился, и из-за закрытой двери послышался звон бьющейся посуды. Ученые могли все действие наблюдать только по беззвучному видео камеры в лаборатории.

Их техник Женя уже давно подключился к ней в обход допотопных защит СБ института.

На экране они наблюдали, как куб втянул в себя все усики и стал больше, затем вытянулся, изменил форму на длинный жгут, медленно наклонился в сторону чаши и полностью в нее погрузился. Затем содержимое чашки сотнями тончайших усиков раскидалось по всем колбам, разбивая их. Также упала и колба с дистиллированной водой. В этот момент куб «растворился» в воде и на столе осталась просто лужа.

– Что это, твою мать, было?

– Я не знаю.

– Сейчас мы зайдем, ты держись за мной, поняла?

– Поняла.

Они зашли в закрытую часть лаборатории, и именно из-за небольшого размера ее называли «кухня». Бардак, конечно, поражал безжалостностью. На столе не осталось ни одной целой посудины.

Прозрачная субстанция растеклась по столу. Александр подошел поближе, посмотрел сверху на стол и увидел свое отражение.

Жидкостью в том смысле, в котором мы привыкли воспринимать воду, ЭТО уже не было.