Чудовище Темного леса

Он пытался меня изнасиловать, – проговорила онемевшими губами, вспомнив, как валялась в луже под дождем и думала, что закончу свою жизнь грязной во всех смыслах слова. От этого урода я бы точно отбиться не смогла! Он уже раздвинул мне ноги и проталкивался, когда нас настиг Эгри.

Чудовище воткнуло лопату в землю и приблизилось к трупу. Опустилось на корточки у бледного лица. Брезгливо рассмотрело мужчину и отборно выругалось. Кто бы мог подумать, что Сай владеет подобной лексикой простолюдинов! А еще я совсем не ожидала, что он поднимется и повторит за мной маленький ритуал подлой мести.

Правда, пнул он его не в плечо, а в рожу. Подхватил ношу под безжизненные руки и бесцеремонно зашвырнул в могилу.

– Молодец, Эгри! – почесал волка за ухом. – На этот раз сработал отлично, – и принялся закапывать мертвеца, напевая под нос веселую песенку. Кажется, я раньше уже слышала эту мелодию, но никак не могла вспомнить где. Не было сил напрягать воспаленный после увиденного мозг, поэтому махнула на это рукой.

Хоть мои ноги и замерзли стоять на холодной земле, а все равно дождалась, когда от инквизиторского пса останется только бугорок сырой земли. Вспотевший от тяжелой работы Сай вздохнул и откинул лопату. Посмотрел на меня, застывшую на одном месте без чувств, и подошел ближе. Не сразу, но все же решился и обнял. Крепко прижал к мощной груди, погладил по волосам. Я закрыла глаза, прислушиваясь к стуку его сердца. Оно забилось в такт с моим и стало так хорошо и спокойно, будто ничего плохого со мной не случилось.

От чудовища веяло защитой. Все равно, что непробиваемым коконом накрыться.

– Как поживают раны? – прошептал над ухом.

– Отлично. Я готова к заданию, – нехотя оторвалась от теплой груди зверя и покрутилась на месте, демонстрируя, что почти не хромаю.

– Тогда иди в дом и жди меня там.

Что ж, пришлось плестись обратно в хижину. Пока дожидалась Сая, ополоснулась в тазу и села за стол с кружкой прохладной воды. Не успела опустошить сосуд, хорошенько смачивая горло, как чудище явилось с широкой улыбкой, на которую только он был способен.

Оголил острые клыки, самодовольно обхватывая большую походную сумку. Вытряхнул ее содержимое на кровать и подозвал жестом.

– Это для тебя, – проговорил торжественно.

Я подошла и склонилась над дарами. Черные штаны, серая рубаха, темная мантия с капюшоном, кожаные туфли – все это точно когда-то принадлежало худощавому мужчине и снято с чужого плеча. Но я не брезгливая.