Испорченная

Она исходила из светящегося фонтана и стелилась по залу мягко и тихо.

– Двигайся в такт. Можешь покружиться. Главное плавно, – неохотно объяснила главная.

Оши растерялась окончательно. Она пыталась изобразить нечто похожее на танец, но получалось комично. Первая от смеха не удержалась Нида. Она жестом остановила это недоразумение.

– Хватит. Исполни первый куплет гимна Ульмы.

Когда девушка запела, я схватилась за голову. Хотелось тут же закрыть уши, чтобы не слышать такого ужасного исполнения. Сирены съежились, и Нида вновь остановила оши.

– Совсем ничего не умеешь?

– Я на кухне помогаю. Могу блюда украшать, – запинаясь, пропищала девушка.

– Понятно, – буркнула главная и вывела на ракушке оценку. Взяла следующую и посмотрела на нас. – Теперь ты, – указала на белокурую красотку. Мне самой стало интересно, сможет ли оши превзойти свою предшественницу.

Девушка направилась к овалу уверенной походкой. Я бы сказала, что даже слишком уверенной для простой оши! Музыка сменилась, когда она остановилась, а сирены оживились.

Особенно главная! Красотка сразу начала танцевать, не дожидаясь вопросов. Я смотрела на нее с открытым ртом, улавливая каждое невесомое и плавное движение тела. Танец походил на размеренное плаванье медуз в открытом океане и завораживал так же сильно. Я могла смотреть на него вечно и задаваться вопросом, как ей удалось сотворить нечто подобное?

Сирена, что сидела с краю, одобрительно кивнула и главная вывела оценку.

– Следующая, – указала она пальцем на В15.

Подруга мельком на меня взглянула и сменила красотку на пьедестале. – Что умеешь?

– Попробую изобразить танец, – неуверенно ответила подруга, и я заволновалась. Никогда не видела, чтобы В15 танцевала, но не исключала того, что, обслуживая господ, она не раз видела, как танцевали сирены, и могла запомнить движения. Но запомнить одно! А повторить…

Я затаила дыхание, когда музыка полилась с новой силой уже совсем в другом ритме. Более громко и мелодично, чем прежде. Но когда В15 начала двигаться в нужном ритме, от волнения не осталось и следа.

Было видно, что танец давался ей нелегко. Боль от увечий давала о себе знать, но она старалась, и выходило неплохо. Оценка легла на ракушку, и подруга вернулась в строй. Ее трясло от волнения, но она широко улыбалась, ища в моем взгляде одобрение. Я же была в восторге и не скрывала эмоций. Наверное, таким поведением и заслужила стать следующей. Вся радость улетучилась в тот миг, когда сирена указала на меня.