Империя Инфернум. Кротус

И однажды мне представилась такая возможность…

Она помедлила, поцеловала меня в губы и опустила голову на мое плечо.

– Мне было плевать, что нужно отдать взамен. Я не жалею, что лишилась силы, ведь точно знаю, что под твоей защитой мне ничего грозит.

– Ты можешь забыть, что такое страх. Я буду оберегать тебя и сына всю свою жизнь.

Я заключил ее лицо в ладони и только хотел поцеловать, как в покои постучался Милт. Он не решился зайти и кричал через дверь:

– Келеар проснулся и требует мать!

Нирель тут же подскочила с постели и заметалась по комнате в поисках одежды.

Но женских туалетов в моих покоях отродясь не бывало. Я встал с кровати, открыл дверь Милту, не пуская его на порог, и распорядился:

– Сию же минуту доставь женские платья и обувь в мои покои!

Нагил отвесил поклон и побежал исполнять приказ. А я тем временем любовался наготой Нирель. Идеальные изгибы тела, струящиеся пшеничного цвета волосы и нефритовые глаза. Она пробуждала во мне вожделение одним только взглядом. Манила пышными формами и чувственными губами.

Даже когда она не хотела понравиться, все равно источала будоражащую страсть. Я перехватил ее в тот момент, когда она открыла шкаф, разглядывая мои одежды. Подошел сзади, обвивая талию руками. Прижал к себе ее ягодицы и потерся между половинок ее аппетитного зада своим достоинством.

Нирель вздохнула и обняла мою шею руками, стараясь дотянуться губами до моего рта. Но Милт не позволил нам снова насладиться друг другом. Он ворвался в покои, едва удерживая платья и сандалии в руках.

Уложил их на кресло, отвесил поклон и поспешил удалиться.

Нирель отпрянула от меня и бросилась к вещам. Облачилась в первое попавшееся платье и выбежала из покоев. Я надел кусок шкуры и отправился за ней в комнату Келеара.

Мальчишка сидел в кровати и улыбался, пока Нирель расчесывала его спутавшиеся за ночь волосы. Я никогда так близко не общался с детьми и сейчас не знал, как надо себя вести. Застыл у подножия постели и скрестил руки на груди. Келеар с интересом меня разглядывал.

Его радужка завертелась разноцветьем, и он спрятался от меня на груди Нирель.

– Не стесняйся. Поздоровайся с отцом. Помнишь, я тебе о нем рассказывала?

Нирель жестом подозвала меня к себе. Я подошел к сыну и посмотрел на его личико.

– Привет, па, – зазвучал его звонкий голос и заставил мое сердце чаще забиться в груди. Меня настигло непередаваемое чувство трепета к этому маленькому существу. Моей плоти и крови. Части меня самого.