Клинки и крылья

А заодно – поговорить с лордом Толмэ, чтобы предложить ему наконец-то свой сумасшедший план. В его сумасшествии Нитлот не сомневался, но не видел иных путей. Какие времена, такие и планы.

К тому же Индрис время от времени уже приходит в себя – а в его идее ровно столько безумного, чтобы ей понравилось.

***

Отведя в сторону засаленный полог палатки, Нитлот чуть не опрокинул котёл; весело было бы вдобавок к лицу ошпарить колени… Целительство требует жертв.

Рядом с лежанкой Индрис – они с Тейором набили её тюфяк свежим сеном, которое осталось в запасах для не переживших битву лошадей, – рядом с этой лежанкой, стоившей ему стольких хлопот, стоял посторонний.

Толстый парень-мечник из десятка рыцаря по имени Гоннат; Нитлот забыл, как его зовут. Квадратная челюсть, маленькие голубые глазки и пальцы толщиной с сосиски – такого хоть сейчас разведчиком в армию Альсунга: примут за своего. Грязные светлые пряди торчали из-под повязки у парня на голове; Нитлот вспомнил, что он ещё не оправился от серьёзной раны.

Тем не менее, рана его совершенно не оправдывает. Индрис нужен абсолютный покой; никаких мыслей, кроме этой, у Нитлота не осталось. К Индрис сейчас нельзя – никому нельзя к ней, за исключением его, ну и (так уж и быть) Тейора. А этот увалень стоит тут, как у себя дома или в трактире!.. Нитлот задохнулся от возмущения.

– Ты что здесь делаешь? – сердито-громким шёпотом спросил он, поставив котелок в центр палатки.

Парень испуганно таращился на него, по-рыбьи приоткрыв рот. – Не знаешь, что госпожа волшебница больна? А ну-ка проваливай!

– Меня зовут Вилтор, господин волшебник, – проблеял парень, безуспешно стараясь говорить тихо. – Вилтор аи Мейго. Я сын пекаря, лучшего пекаря в Энторе.

Может, рана на голове была опаснее, чем ему показалось?..

– Я не просил тебя представиться, Вилтор аи Мейго, – медленно, с большими паузами, уточнил Нитлот. – Я просил тебя убраться, причём сейчас.

Выход вон там.

– Не прогоняйте меня, господин волшебник, – парень подпустил в голос жалкой мольбы, чем только сильнее разозлил Нитлота. – Госпожа Индрис была рада, что я пришёл. Ей так скучно одной…

– Что ты несёшь? – прошипел Нитлот, практически уверившись, что толстяк тронулся умом. Только ненормальных им здесь не хватало – посреди леса, в окружении, почти без еды…

Но тут случилось невероятное: Индрис слабо пошевелилась.