Осиновая корона

 – (Шун-Ди изо всех сил старался сохранять солидный тон; ко всему прочему, приходилось ещё и выплёвывать пряди волос Лиса, которые ветер, развлекаясь, бросал ему в лицо. Сар-Ту, конечно, заявил, что сегодня штиль и «Русалка» пойдёт полным ходом – но для него и слабая буря как штиль). – Лис, это важно. Ты действительно не сомневаешься в том, что этот человек… существует? Что у… – (Он прочистил горло и заговорил шёпотом; туча из волос Лиса удачно скрыла их от Сар-Ту и вспотевших гребцов). – Что у того, кого ты зовёшь Повелителем Хаоса, на самом деле родилось дитя?

Лис с досадой фыркнул.

– И когда ты уже научишься доверять мне, Шун-Ди Боящийся-Своей-Тени? И поменьше думать там, где нужно просто действовать. – (Изящным жестом он извлёк из кармана кожаный ремешок и стянул им на лбу свою шевелюру – так частенько делают менестрели из Кезорре и Дорелии). – Я же сказал, что со мной поделилась Андаивиль. Ненадолго она впустила меня в свой разум… Помнишь Андаивиль?

Шун-Ди кивнул. Естественно, он помнил Тишайшую В Полёте – пламя, которым она дышала, и рубиново-алую, сверкающую чешую на бугристых боках… Андаивиль была больше и величественнее, чем Рантаиваль Серебряный Рёв.

И, наверное, старше. Её по-женски мудрый голос заполнял Шун-Ди до отказа, и он терял дар речи, слушая её – чувствовал себя запредельно слабым, крошечным, точно кролик под когтями коршуна.

Андаивиль была прекрасна, но от её красоты охватывал трепет ужаса, близости неизбежной смерти. Такие же чувства, впрочем, вызывало многое на западном материке.

В том числе Лис.

Шун-Ди порой казалось, что он впал в зависимость от этих чувств – как многие богачи впадают в зависимость от воздушного порошка и дурман-травы.

– Это великая честь, – тихо заметил он. – То, что она показала тебе свои воспоминания.

– Сам я не был знаком с Повелителем Хаоса. Это был единственный способ узнать.

– И, по-твоему, это из-за него… граница между нашими материками стала проницаемой? Из-за его магии?

У Шун-Ди не укладывалось в голове, чтобы один человек был способен на такое.

Если, конечно, Повелитель Хаоса в тот момент всё ещё оставался человеком… На западе о нём упоминали редко и не вдаваясь в подробности. Боуги и кентавры предпочитали молчать без уступок, но и от Двуликих можно было добиться лишь редких намёков. Шун-Ди, помнится, довольно скоро решил, что лучше в это не лезть, – и, к счастью, сумел убедить остальных в делегации. Даже старый чванливый маг в итоге к нему прислушался.