Осиновая корона

Дядя умолял хотя бы бросить клич рыцарям, которые когда-то присягали нашему роду, но дедушка и это запретил.

«Эта война, будь она трижды проклята, уже забрала у меня двух сыновей! – кричал он тогда. Они думали, что я у себя, но я стояла за гобеленом у входа в зал для приёмов и всё слышала. Знаю, что подслушивать нехорошо; я просто не смогла удержаться. – Тоури отдали ей всё, что могли. Ни альсунгский король, ни наместник ни кровинки больше от меня не получат – клянусь на своём мече! И ты будешь жив, Гордигер – пусть эти твари займут хоть дюжину крепостей!.

.»

В общем, я могу понять, почему дядя Горо так встревожился из-за смерти дорелийского короля. Кто знает, что теперь будет?

«Инген, сын Абиальда, давно кричал, что намерен прибрать к рукам Феорн, – сказал дядя маме, хотя она уже занялась какими-то распоряжениями по хозяйству и слушала его вполуха. – И больше никто не помешает ему».

«Так пусть Дорелия дерётся с Феорном, Горо… Всё лучше, чем с нами. Забудь об этом. – (Проходя мимо, мама вырвала у дяди письмо).

 – Лучше бы ты присмотрел себе жену. И – прости – сменил наконец-то рубашку».

У дяди Горо покраснели лицо и шея – верный признак того, что мама напрасно добавила последние слова. Но она словно ничего не заметила. Пробежалась глазами по письму, одёрнула платье и вышла из зала.

«При Уне, – как-то придушенно пробормотал дядя Горо. – Зачем…»

Наверное, он думал, что я тоже уже ушла.

«Не переживайте, милорд! – с деланой бодростью сказал ему профессор Белми; до тех пор он весь вечер молчал.

 – Знаю, о чём Вы тревожитесь. Что Дорелия захватит Феорн и станет в полтора раза сильнее… Но нашему несчастному Ти’аргу не привыкать к сильным врагам, ведь так?»

«Нашего несчастного Ти’арга больше нет, – сказал дядя. – Как нет и моего брата…»

Профессор кашлянул. Дядя покосился на меня и почему-то умолк.

Он выглядел таким уставшим; мне захотелось, как в детстве, забраться к нему на колени и дёрнуть за бороду, чтобы он улыбнулся. Сейчас профессор Белми отчитал бы меня за подобное.

И мама отчитала бы – ещё строже.

Интересно, кого из двух братьев имел в виду дядя Горо? Мелдона или Эйвира? И почему упомянул только о нём – с таким горем в голосе?

Сейчас ночь, но эти вопросы не дают мне уснуть. Сама не знаю, почему.

Кулон я положила в шкатулку. Он похож на большую синюю слезу.

Запись пятьдесят третья

Не представляю, как описать то, что случилось. Сердце колотится, рука дрожит, и буквы выходят кривыми – словно мне лет шесть.